Книга Жена Альфы, страница 116 – Клара Моррис

Я вышла из уборной. Зал ресторана был почти пуст. Официант почтительно кивнул, не задавая вопросов. Я прошла к выходу, чувствуя на спине невидимый вес его отсутствия. Он ушел на войну с Анной. Но эта война была лишь прелюдией.

Теперь мне нужно было готовиться к своей. К последней дуэли. И к тому, что скоро, очень скоро, мне нечего будет скрывать. Мой сын заявит о себе миру. И его отец, эта ледяная глыба, неизбежно почует правду.

Я вышла на холодный ночной воздух. Он обжег легкие, но был чистым, свободным от давления его присутствия. Я сделала глубокий вдох.

Первая атака была отбита. Враг расколот. Но главное сражение — за право на правду, на месть и на будущее моего ребенка — было еще впереди. И на этот раз у меня не будет магического щита. Только я сама. И та ярость, что копилась двадцать три года.

Мысль была единственной, ясной и звенящей, как колокол: Домой. Сейчас же. Каждый нерв звеняще сообщал об этом. Амулет на груди был не просто теплым — он пылал, и тонкая сеть трещин под пальцами ощущалась как ледяные молнии на горячей коже. Он не выдержит. Не знаю, сколько еще — минут, секунд — но не выдержит. Нужно исчезнуть. Сейчас.

Я почти выбежала из ресторана, подгоняемая паникой, которую наконец отпустила. Холодный воздух ударил в лицо, но не принес облегчения. И тут я увидела его.

Он стоял в двадцати шагах, спиной ко мне, у открытой двери своего черного автомобиля. Одна рука была засунута в карман брюк, в другой он держал телефон. Его осанка, даже в такой, казалось бы, расслабленной позе, излучала неоспоримую власть. Я замерла на мгновение, надеясь, что он не обернется. Затем, прижав сумку к боку, словно она могла скрыть растущую тревогу и скрытую магией амулета выпуклость живота, я быстрым, целенаправленным шагом пошла к своей машине.

Ключ уже был в моей дрожащей руке. Я потянула за ручку, дверь приоткрылась с тихим щелчком. Еще секунда…

Мощная, обезличенная рука в темном рукаве налегла на дверь сверху и захлопнула ее с глухим стуком, от которого вздрогнуло все мое тело. Я обернулась.

Виктор. Он стоял так близко, что я чувствовала исходящее от него тепло и запах — дорогой парфюм, холодный воздух и что-то глубокое, первозданное, его. Его лицо было бесстрастным, но в серых глазах бушевала буря — не ярость после разговора с Анной, а что-то более сосредоточенное, более опасное. Взгляд, прикованный ко мне.

— Задержись, — сказал он. Голос был низким, без интонации. Не просьба. Констатация.

Сердце ушло в пятки, оставив в груди ледяную пустоту. Я собрала все остатки дерзости, что еще тлели в пепле моего спокойствия.

— Зачем? Встреча окончена, — мои пальцы снова потянулись к ручке.

Его рука легла поверх моей, не грубо, но с такой непреложной силой, что мои суставы слабо хрустнули.

— Я сказал, задержись.

Паника, черная и липкая, поднялась по горлу. Не сейчас. Только не сейчас.

— Меня не волнует, что вы хотите, — сорвалось с губ, и я тут же прокляла себя за этот срыв, за предательскую дрожь в голосе, которую уже не скрыть. — Вы мне больше не муж, чтобы отдавать приказы.

Он не отреагировал на выпад.Его взгляд скользнул по моему лицу, по сжатым в белых кулаках рукам, на мгновение задержался на вороте пальто, под которым я чувствовала жгучий свет амулета.