Книга Любовь на Полынной улице, страница 59 – Анна Дарвага, Мария Сакрытина, Анастасия Худякова, и др.

Когда символы исчезли, Этери выдохнула.

— А́урис Фла́мма, — прошептала она.

— Что? — Мадам Ноксара и стражники уставились на нее.

— Аурис Фламма, — повторила Этери. — Это браслет из лигори́на, особого магического сплава из волокон листьев священного дерева И́гнисра и магмы, добытой в самом глубоком руднике Але́тто.

— Впервые слышу, — недовольно пробурчала мадам Ноксара.

— Гм-м-м, — прочистил горло один из стражников. — А не тот ли это браслет, что дарят молодым при обручении?

Этери вздрогнула.

— Д-да… Обычно так и происходит. Но еще во времена Великой Войны Аурис Фламма дарили любимым, чтобы запечатлетьобещание.

— Обещание?

— Обещание вернуться и соединиться священными узами брака.

Мадам Ноксара нетерпеливо цокнула языком:

— Так, дорогуша. Я знать не хочу все эти твои огненные штучки. — Она поджала губы и с презрением посмотрела на стражников. — Если у вас, господа, больше нет к нам вопросов, то мы пойдем.

Стражники торопливо кивнули, извинились, всучили Этери ее браслет и попрощались.

Дорога в мастерскую прошла в полном молчании. Оставив там коробки и свертки и попрощавшись с хозяйкой, Этери направилась к себе.

По пути домой она не могла избавиться от навязчивых мыслей о своей жизни. С каждым шагом те становились все тяжелее. Казалось, что сама мостовая будто стонала под тяжестью ее души.

Этери родилась огненной элементалью — существом, предки которого были созданы Демиургами Имусом и Онимой из самого пламени. Когда-то элементали были свободными и несокрушимыми. Так почему же сейчас Этери вынуждена таскать тяжести и подчиняться стражникам? Она вспомнила все, что читала в листовках «Искры свободы», которые едва ли не каждые четыре дня появлялись у ее двери.

Ее жизнь, как и жизнь многих огненных (да и других элементалей), казалась цепью мелких унижений. Каждый день одно и то же: работа на мадам Ноксару, бесконечные поручения, насмешки и презрение Древних. Всякий раз, когда на нее смотрели сверху вниз, в душе разгоралось глухое, бессильное пламя. Она могла бы сжечь Нор’Таллас дотла, испепелить его высокомерных жителей, но вместо этого вынуждена была терпеть. Ради чего?

Этери задумалась: когда она в последний раз чувствовала себя свободной? И не смогла вспомнить. Она всецело принадлежала другим. Ее огненная магия, талант швеи, сила — все было частью чужих целей и чужого расписания.

Она остановилась, чтобы перевести дыхание, и невольно огляделась. Узкие улицы, каменные фасады домов — все вокруг словно замыкало ее в клетке. Послышался приглушенный смех. Откуда он доносился, Этери не могла понять, но она точно знала, что такзаразительно она не смеялась уже очень давно.

Этери сглотнула. Внутри все кипело от едва подавляемого гнева. Ее положение тянуло вниз, словно камень на шее. Она снова вспомнила, как стражник рылся в ее карманах, как мадам Ноксара отчитывала на глазах у всех. Как будто она не личность, а просто ещеодна вещь среди тех коробок, которые носит.

Свобода… Она ощущала ее тень, но никогда не могла ухватить. Свобода была в пламени, что играло в ее волосах, в мгновениях, когда живой огонь согревал ее и наполнял силой. Но ей было этого мало. Слишком мало.

Этери ускорила шаг, крепче сжимая в руке Аурис Фламма. Обещание. Обещание быть вместе. Но кто дал ей это обещание? Не тот ли это незнакомец, что караулил ее сегодня на рынке и в Белых кварталах? Это он же следит за ней в последнее время? Или кто-то другой?