Книга Писательница на полставки, страница 22 – Катя Рут

В зеркале она увидела грудь, которую она вечно стеснялась. Живот, плоскость которого всегда казалась «‎немного округлой». Ключицы, которые она любила. И родинка на бедре — интимная, знакомая и индивидуальная, как подпись.

Саша наконец стянула нижнее белье и встала, не двигаясь. Это было не похоже на неожиданную откровенность. Скорее — на признание давно известных фактов. Даже слишком давно.

«‎Ты ведь не обязана нравиться себе. Но ты можешь попробовать себя понять,» — звучало в ее голове.

Она замерла перед зеркалом, словно пытаясь увидеть себя чужими глазами. Каждое ее движение казалось натянутым, будто тело жило своей собственной жизнью, не согласной с тем, что она хотела от него. Плечи чуть подрагивали, будто боясь чего-то невидимого, а грудь, которую она всегда пыталась скрыть, теперь, словно в ответ на ее страхи, стала слишком заметной. Саша потянулась к животу, прокручивая в голове мысли о том, как много лет она его ненавидела. Но сегодня, может быть, впервые она не спешила отвернуться.

Кончики пальцев скользили по коже, позволяя познакомиться с телом его же обладательнице. Саша не ласкала себя, как это бы описали в одной из книжек с мужским взглядом на женщину, просто трогала части себя, пытаясь увидеть и почувствовать то, что раньше старалась не замечать.

Она, не одеваясь, села на край кровати, открыла ноутбук и начала писать, время от времени бросая взгляд на зеркало:

«Когда я смотрю на себя, я вспоминаю всех, кто говорил мне, как я должна выглядеть. И всех, кто молчал. Мое тело — это хроника чужих оценок. Уроки физкультуры, мужские взгляды в метро, неловкие поцелуи, белье, купленное “на вырост”.
Иногда я чувствую в себе силу. Иногда — только беспокойство. Но и то, и другое чувство принадлежит мне. Мое тело тоже принадлежит мне и только мне. Оно умеет трепетать, краснеть, хотеть, скучать, скукоживаться, дрожать, расслабляться, забываться.
Мое тело не предмет. Может, рассказ. Но его пишу я».

Она не знала, пойдет ли дальше и напишет ли больше, но прямо сейчас стало не так страшно, как было еще несколькоминут назад.

Она встала, укутала голое тело в свой старенький колючий плед и, прежде чем закрыть ноутбук, еще раз посмотрела на написанное, словно сравнивая текст со своим отражением в зеркале.

Саша перечитала эти пару абзацев и поймала себя на мысли, что в этих словах слишком много эмоций, слишком много «неудобных» мыслей. Она почувствовала легкую неловкость — возможно, эти размышления оказались не просто писательским упражнением. Но тот ли это текст, который ждали от нее издатели?

***

На следующий день, проснувшись и устроив на кухне быстрый завтрак, Саша задумчиво взглянула на свой ноутбук. То предложение, что ей озвучили на встрече, все еще преследовало ее и постоянно висело где-то рядом в воздухе. Она представляла, как чувствует себя героиня, описывающая тело, как объект мужского желания. Но, возможно, нужно было немного отклониться от прямого взгляда в зеркало и сыграть с самой идеей. Слишком острый и слишком честный взгляд это было не то, что она готова была написать прямо сейчас. Она все еще переживала от того, как сильно открылся ее внутренний мир в предыдущем тексте, и не была готова открыть его еще сильнее.

«Может, попробовать написать через призму тех самых романтических штампов?» — подумала она.