Книга Пятая попытка для обреченной вдовы, страница 81 – Ника Цезарь

– Самое противное, что папа всё знал. Он купил его! Ну, а мне почему не сказали? Зачем разыгрывать смерть?! Разве сложно было просто сказать мне в глаза: «Он тебя не любит!» И я бы не мучалась горечью утраты!

– Мне очень-очень жаль, Кристель, – протянул некромант, пытаясь взять меня за руку, которую я тут же отдёрнула.

– Жаль? Что вам известно о жалости? Вы – бесчувственный чурбан! – злость требовала выхода и нашла прекрасную цель в лице Блэйкмора. Непробиваемый гад! Он умеет по-настоящему сочувствовать? – Вы ищете в людях только изъяны! Обвиняете! А потом говорите: «Упс, ошибочка вышла!» Словно ваши слова могут что-то изменить! – я энергично тыкала пальцем в его грудь, не замечая, как слёзы скапливаются в глазах.

Мои слова потонули во всхлипах, очищающих душу. Я не остановилась на слабых толчках ладонью в грудь некроманта, а сжала кулачки, изо всех сил колотя его. К чести Блэйкмора, он не выкинул меня из ландо, а терпеливо подставлял свою грудь, а после и вовсе сжал в крепких объятиях.

Аромат его кожи и крепкие руки на плечах меня постепенно успокоили, и я, всхлипнув последний раз, замерла на его груди.

– Я не истеричка, честно… – шепнула.

– Я знаю, Крис. Тебе просто нужно было выплеснуть эмоции, – так же тихо ответил он, продолжая сжимать в крепких объятиях.

Ру выбрала иную дорогу, медленно ведя ландо по заросшим аллеям платанов и смоковниц.

К сожалению, ландо мы оставили у друга Блэйкмора, в его пустующем особняке. Как я поняла, его семья ещё была в столице и к морю отправится только через пару недель. Пока же он любезно предоставил свой дом в наше полное распоряжение. Жаль, что всего на одну ночь.

Лошади стремительно мчались прочь, унося нас подальше от лжеца и морского побережья.

После случившейся истерики я хотела бы извиниться, вот только Блэйкмор был занят. Тот самый артефакт, что я видела у него при первой встрече, постоянно мигал красным и противно жужжал, напоминая о своём существовании, потому мужчина не снимал его с уха, отдавая указания и увиливая от ответов о своём местоположении. Вырваться со мной в другой город для него было сложной задачей, и оттого мне ещё больше становилось стыдно за своё поведение.

Перестав придерживаться манер, я закинула ноги на сидение и прислонила голову к деревянной стенке экипажа. Полумрак делал своё дело, и мысли медленно текли, вырисовывая картину жизни моей предшественницы. К её папеньке у меня было много вопросов, которые я непременно ему задам, стоит мужчине очнуться. Я размышляла о фабрике, о стройке, а также о Блэйкморе… Мой взгляд по собственной воле то и дело скользил по его сосредоточенным чертам лица, по упрямо поджатым губам, по заломам задумчивых морщин на лбу... непременно вновь возвращаясь к губам. Мне понравилось, как он назвал меня: «Крис». Запоздало я понимала, что это обращение мягким рокотом отзывалось в моей душе. Хотелось проверить, так ли оно хорошо из его уст ещё раз, когда я не буду захлёбываться в слезах и соплях.

– Придушу за ваши мысли, – внезапно произнёс Блэйкмор, который уже некоторое время молчал и ловил на себе мои взгляды.

– Что? Простите… – растерялась я.

– Да-а… Юмор у некромантов не очень, – иронично подметил он, – я всего лишь поинтересовался, о чём вы думаете.

– О переговорном артефакте, – быстро нашлась я, – почему у меня его нет?! Это бы упростило мне жизнь в разы! Нужно озадачить Онору.