Книга Жена с условиями, или Спасённое свадебное платье, страница 106 – Ольга Обская

Интерес вспыхнул мгновенно. На листах были удивительно точные и детальные рисунки растений. Каждая линия выглядела продуманной, каждая тень и штрих — словно результат долгого созерцания. Растения выглядели абсолютно по-разному, будто принадлежали разным семействам, но листья! — вот что их роднило. Эту сердцевидную форму не перепутать ни с чем.

— Это же… — начала Натали. — Это всё разные варианты Тени-Сердца?

Поль кивнул:

— Именно. Августин зарисовывал всходы, которые получал из семян. Я надеялся найти гербарий, но слишком уж Тень-Сердца коварна — и Августин, видимо, решил обойтись рисунками. Но и они — исключительно ценная находка. Тем более с тыльной стороны каждого рисунка есть краткое описание, в какой субстанции вымачивались семена. А когда Августин понял, что форма и свойства растения зависят от душевного состояния того, кто поместил семя в почву, добавил новые примечания — о том, что чувствовал и о чём думал в тот момент.

Натали начала рассматривать рисунки, подолгу задерживая на каждом взгляд. Искала сходства и различия. Первые несколько растений показались ей не особо выразительными, даже немного комичными — тоненькие стебелёчки, листья, в полном беспорядке торчащие в стороны поодиночке и пучками. Если растение является отражением чувств, то выходит чувства были смешанными и сумбурными.

Но тут Натали попался рисунок, который заставил её поморщиться. На нём было что-то, едва ли напоминающее нормальное растение. Кривой, уродливый ствол, покрытый мелкими, будто слизистыми чешуйками. Сверху торчал один-единственный лист на длинном, почти болезненно вытянутом черешке. Лист был дряблым, сморщенным, словно высохший, хотя краски рисунка подсказывали: Августин изображал его живым.

— Какое понурое растение, — невольно пробормотала Натали. — Видимо, Августин был в ужасномрачном настроении, когда сажал это семя. Наверняка растение получилось опасным.

— Не опасным, — возразил Поль. — Всего лишь слабым, чахлым. Августин писал, что в тот момент ощущал тоску и отчаяние. Это отражение пустоты, но не злобы.

Натали без сожаления оторвала взгляд от чахлого ростка, но следующий рисунок заставил её ужаснуться ещё сильнее. На нём было растение, напротив, крепкое, мощное, даже почти красивое, но красота была зловещей и угрожающей. Толстый короткий ствол, почти чёрный, с глянцевым, как будто маслянистым отливом. Листья — широкие, кожистые, той же тёмной окраски. К основанию черенков крепились длинные наросты, раздваивающиеся на конце, как языки змеи. На рисунке они конечно были неподвижны, но Натали подумала, что живое растение умело ими управлять. И стоило поднести руку, языки тянулись к ней в алчной попытке ужалить.

— Это растение чуть не убило Августина, — рассказал Поль. — Оно развивалось очень быстро, и он упустил момент, когда испарения от листьев и наростов стали ядовитыми. Августин пишет, что несколько дней он балансировал на грани жизни и смерти.

Натали с трудом оторвала от рисунка взгляд. Пугающая красота этого ядовитого вида Тени-Сердца сковывала.

— Но почему оно стало таким? Что написано в примечании?

Поль мрачно усмехнулся.

— В примечании Августин был к себе безжалостен. Написал, что сажал растение с ужасными мыслями. Насколько они ужасны, он понял позже, а в тот момент не осознавал. Им двигала ревность. Он думал о женщине, которую любил, но с которой не мог быть вместе…