Маршал проводил его долгим взглядом, и лишь когда император скрылся во дворце, посмотрел на меня. Процедил:
— Вы даже не представляете, насколько повезло вам и тем несчастным, что имели глупость вас пропустить.
У меня по спине пробежала волна мурашек. Не то чтобы мне было жаль хамоватых стражников, но серьёзного наказания я для них не хотела.
А для себя и подавно.
Между тем маршал, не ожидая ответа, мрачно окинул меня взглядом с головы до ног и отрывисто приказал:
— Идёмте в сад.
Развернулся на каблуках, бросил маявшемуся неподалёку офицеру:
— Заканчивайте без меня, — и размашисто зашагал прочь.
Я же устремилась следом, прекрасно понимая, что ждать или соотносить шаг с моим никто не будет. Впрочем, несмотря на юбки, мне удавалось держаться чуть позади маршала, а вот служанка со злосчастной корзинкой едва ли не бежала за нами.
Сквозь узкую арку мы вышли в небольшой двор, в углу которого я успела заметить каменный колодец, пересекли его и, миновав ещё одну арку, оказались в премилом саду, удивительно не сочетавшемся ни с холодным и каким-то безжизненным дворцом, ни с его обитателями. Здесь же, наоборот, жизнь била ключом. На ветвях аккуратно подстриженных деревьев распевали птицы с ярким оперением, журчали фонтанчики и декоративный ручеёк, нежно благоухали цветы. Под предводительством маршала мы прошли в самую, как казалось, глубину сада, где стояла круглая мраморная беседка, увитая тёмно-зелёным плющом. Рядом с ней дракон и остановился, и я жестом приказала служанке накрывать на овальном каменном столе.
— Надо же, — хмыкнул маршал, наблюдая, как из корзинки появляется разнообразная снедь, — вы действительнопривезли завтрак.
— Не вижу в этом ничего странного, — отозвалась я. — Мы женаты, а долг хорошей жены — заботиться о муже.
— Не пытайтесь запудрить мне мозги, — поморщился маршал. — И говорите прямо: какую цель вы преследовали, явившись сюда? Хотели ещё раз показаться императору и сыграть перед ним роль моей примерной супруги?
Когда Ригхард заметил её, первым порывом было: подскакать, перекинуть через седло и вывезти к троллям за пределы дворца. Однако рядом с треклятой низкорожденной стоял сам Морхарон, а плац был полон солдат и офицеров. Маршал Даркейна не мог уронить достоинство, поведя себя подобно дикарю с Обратного континента. И потому Ригхарду пришлось взять себя в колючие рукавицы и с видимым спокойствием (хотя внутри у него бурлил раскалённый гнев) выслушать императорские комплименты своей якобы Истинной. А проклятая низкорожденная лишь мило опускала глаза и розовела — ни дать ни взять скромница из пансиона благородных дракониц.
Вот только одетая так, словно пришла на императорский бал-маскарад, где, как известно, было принято не обращать внимания на приличия.
Разумеется, Ригхард ни на миг не поверил в сказочку о заботливой жене, о чём без обиняков сообщил низкорожденной.
— Вы напрасно ищете двойное дно там, где его нет, — хладнокровно ответила она. — Я вообще не ставила цели встретить его величество, это вышло случайно.
Ригхард скептически усмехнулся, однако в душу всё же закралось подозрение.
В том, что Морхарон зал обо всём происходившем во дворце, не было ничего удивительного. Зачем ему мог понадобиться разговор с супругой маршала? И, раз уж на то пошло, к чему этот странный подарок?
— О чём вы разговаривали с его величеством?
Не вопрос, а приказ, как к провинившемуся офицеру. Однако низкорожденная на загляденье владела собой, и рассказ её был краток и деловит.
«Разговор о будущем владычестве Даркейна. Морхарон проверял её?»
— Хорошо. А теперь покажите ваш подарок.
Низкорожденная твёрдой рукой сняла украшение и протянула ему. Только почудилось ли, что, когда она выпустила браслет, выдохнула с облегчением?
«Странно».
Ригхард отложил этот крохотный факт в копилку памяти и внимательно изучил подарок.
