Книга Звёздочка для Демона, страница 105 – Лина Деева

— Поселения начнутся ближе к столице, — прибавил Флегетон. И, помолчав, предупредил: — На вас наверняка будут пялиться — пожалуйста, не обращайте внимания.

— И не реагируйте, если кому-то вздумается что-нибудь ляпнуть, — продолжил герцог. — Вряд ли, конечно, найдутся такие глупцы, однако отвечать на подобное — наша задача.

Я с тоской вспомнила дороги Альбедо, бежавшие мимо чистых, красивых посёлков, полей с аккуратными изгородями, зелёных лугов и густых лесов. Где можно было бесстрашно пускаться в путь и при необходимости найти приют в первом же попавшемся жилище.

«Какие мы разные. Светлая и Тёмная части мира».

Способные объединиться только для уничтожения общего врага.

Или того, кого принято считать врагом.

— Господин герцог. — Может, зря я решилась спросить? — Почему вы принимаете участие в Гарме?

— Потому что он прекрасный солдат и надёжный друг, — как о чём-то само собой разумеющемся отозвался герцог.

— Знаете, — я слегка замялась, — не хочу вас обидеть, но это очень ангельский подход.

Представления не имею, что такого смешного было в моих словах, однако собеседник от души расхохотался.

— В целом, вы правы, — отсмеявшись, согласился он. — Но я в принципе за прагматизм, а кто виноват, что здесь ангелы куда большие прагматики, чем демоны?

— Никто, — вполголоса ответил Флегетон на этот явно риторический вопрос. — И главное здесь, чтобы прагматизм не приняли за предательство.

Я округлила глаза:

— Такую мелочь?

— Да, — спокойно подтвердил герцог. — Как любит говорить Асгарм, королевский двор тот ещё змеюшник. И чтобы избавиться от соперника за милость королевы, там не пренебрегают самыми абсурдными предлогами. Нона моё счастье, победы на фронте всё ещё говорят громче ядовитых языков.

Я вообразила, каково это — постоянно чувствовать себя канатоходцем над пропастью. Где неверный шаг означает немедленную гибель, причём не одного, а многих. Тех, кто от этого одного зависит.

— Никогда бы так не смогла.

Поняв, что опять выбалтываю мысли, я прикусила язык. А герцог с нотками покровительства ответил:

— Вам и не нужно. Я позабочусь, чтобы во время пребывания в столице придворные интриги вас не коснулись.

Мне очень хотелось ему верить. И не обращать внимания на спиралью раскручивавшееся в груди дурное предчувствие.

Чтобы не терять время, пообедали мы по-походному — сухпайком, не слезая с сёдел. А когда по ощущениям, солнце за плотной облачной завесой перевалило через зенит, впереди показалась первая деревенька в окружении тёмно-зелёных прямоугольников полей. Тракт разрезал её точно пополам, и я невольно напряглась — после всех разговоров и предупреждений мне было страшновато встретиться с местными жителями.

«Ну что ты, — убеждала я себя. — В Тиаде ведь к тебе нормально отнеслись. Да, глядели, как на диковинку, но не со злостью».

Однако здесь настроение было иным. И пускай никто из крестьян, работавших в полях или выглядывавших из-за изгородей домов, не сказал в мою сторону грубого слова, реакция у всех была одна.

Узнав герцога, они низко кланялись, а на меня смотрели с холодным подозрением и неприязнью. Эти взгляды словно выпивали мои силы, так что я с облегчением выдохнула, когда по обеим сторонам от тракта вновь потянулись безжизненные пустоши.

Впрочем, ненадолго. Примерно через лигу началась ещё одна деревня, затем ещё одна. Поля становились обширнее, построенные из камня и дерева дома выглядели всё более зажиточно. Мы миновали две или три усадьбы, и в каждой герцога безуспешно пытались пригласить на отдых. Меня же высокородные демоны предпочитали игнорировать, чему я, положив руку на сердце, была только рада.