Книга Мой любимый хаос. Книга 2, страница 66 – Татьяна Сотскова

Заброшенная шахта на седьмом уровне? Нет, там полная разруха, каждый день новые обвалы. Джеймс не станет рисковать таким активом, как живой маг, из-за падающей с потолка грязи.

Старая канализационная насосная? Слишком очевидно. Все знают про эти тоннели, и подступы к ним легко заблокировать. Мой брат всегда думает о путях к отступлению. Он будет искать место с запасными выходами, с вентиляцией, с подходами, которые не на виду.

Он прячет её не как пленницу, закованную в цепи. Он прячет её как ценность. Как оружейника. А значит, ей нужна мастерская. Пространство, доступ к ресурсам, электричеству, относительная тишина для работы. Не просто дыра в стене.

Мысли текли быстрее, складываясь в чёткую картину. Он не просто так пошёл на такойриск, вломившись в самое сердце Совета. Он увидел в ней то же, что и я в своём кабинете, когда она говорила о магии. Не угрозу, а оружие. Уникальное, решающее.

А значит, он уже предоставил ей всё необходимое. Прямо сейчас, где-то в самом сердце его территории, под самой нашей пятой, в какой-то забытой богом и мной норе, он строит свою армию. Вооружает её тем, против чего у нас пока нет защиты.

Он думает, что на шаг впереди. Что его безумие непредсказуемо. Но он забыл, кто учил его всем этим хитростям. Кто показывал, как прятать концы в воду, как использовать слепые зоны. Он играет в мою игру. И я ещё помню её правила лучше него.

Я повернулся от окна, спиной к сияющему городу. План вырисовывался в голове сам собой, холодный и отточенный, как клинок. Простой. Джеймс всегда усложнял, а я предпочитал прямые пути.

Мы начнём с показательных акций. Не с поисков, нет. С конфискации. Пойдём в те районы, что дышат на него, как на бога. Будем методично изымать оружие. Каждый ствол, каждый нож. Ударим по его ресурсам, по его репутации. Вынудим его пошевелиться, выйти из тени.

Он ненавидит терять то, что считает своим. Это его ахиллесова пята. Он не выдержит, увидев, как разоружают его людей. Его гордость, его глупое рыцарство не позволят ему сидеть сложа руки. Он обязательно совершит ошибку. Полезет защищать. Полезет угрожать.

А когда он высунется из своей норы, когда все его внимание будет приковано к нашим рейдам… мы нанесём удар. Не по нему. Слишком очевидно, и он этого ждёт. Удар будет по ней.

Забрать её — значит вырвать у него сердце его будущей армии. Оставить его с его безумием, с его гневом, но без единственной реальной силы, способной это безумие воплотить. Он снова станет просто хромым бунтарём, а не лидером с магическим оружейником.

Я прикоснулся пальцами к броши-солнцу на груди. Металл всё ещё казался чужим. Хорошо, брат. Ты хочешь войны? Ты её получишь. Ты всегда говорил, что я забыл правила Поднебесья. Посмотрим. Ты получишь её по твоим же правилам — без жалости и без пощады.

Я вышел из кабинета, оставив за спиной пыль и хаос. В коридоре, отражаясь в начищенном до зеркального блеска мраморе, стеной стояли мои новые подчинённые — стражники в сияющих, как их высокомерие, доспехах.

Они смотрели на меня. В их взглядах читалось показноеподобострастие, но под ним — густая, неприкрытая неприязнь и страх. Перебежчик. Предатель. В их глазах я был не человеком, а инструментом. Идеальным, острым и бездушным. Что ж, пусть.

— Отряд, на выход', — мой голос прозвучал ровно, громко и металлически-чётко, без единой дрожи. Я отчеканил каждое слово, словно выбивая его на стали. — Мы начинаем зачистку. Первый сектор — Тёмные доки.