Книга Ведьма правды, страница 100 – Сьюзан Деннард

Мерик отвернулся, делая вид, что не слышит. Словно ему плевать. Но на самом деле он все слышал, и ему было не все равно.

Аэдуан потратил всего несколько минут, чтобы уговорить императора Генрика нанять его, но все сэкономленное время тут же оказалось потрачено на сборы, пока его новый компаньон, модный принц Леопольд, а также восемь человек из бригады Адских Алебард собирались в путь.

Через два часа после того, как Аэдуан покинул личный кабинет дожа, он наконец бежал рядом с каретой Леопольда и направлялся к Южной пристани. Движение было плотным. Люди съезжались со всех концов Веньясы, чтобы посмотреть на «сгоревший дворец дожа». Или, как говорили многие, на то, «что натворили трижды проклятые марстокийцы, изрыгающие огонь».

Аэдуан не знал, как возник этот слух, но догадывался, что он был запущен специально. Возможно, постарался болтливый дворцовый стражник или какой-нибудь жаждущий войны дипломат. Так или иначе, враждебность к марстокийцам росла на глазах, пока Аэдуан бежал трусцой по улицам и мостовым Веньясы. Плохой знак для возобновления Двадцатилетнего Перемирия, и во всем происходящем чувствовалась чья-то рука. Стратегия. Кто-то хотел заполучить Марстокийскую империю в качестве врага.

Аэдуан пока отложил эту мысль, чтобы позже обсудить ее с отцом.

Он также отметил, что после двух кварталов пробежки из восьми членов Адских Алебард, служивших у Леопольда, только один, командир, все еще нормально дышал под шлемом.

Вот вам и элитный боевой отряд.

К тому времени, когда карета Леопольда въехала на Южную пристань, где раскачивались на волнах военные корабли Карторры, Аэдуан и сам был позорно измотан.

Уже почти наступил вечер, и только что зажившие мышцы Аэдуана горели от напряжения, новая кожа чесалась из-за духоты многолюдных улиц, а старые шрамы вновь стали кровоточить, так что единственная чистая рубашка была испачкана. Аэдуан не мог дождаться, когда же снова увидит ведьму нитей и – как-нибудь – отомстит ей.

Леопольд, пошатываясь, вышел из кареты в жар заката. Принц красовался в слишком тонком для долгого плавания наряде из бархата сиреневого цвета, а у его бедра висел меч с рукоятью, отделанной золотой гравировкой. От такого оружия было больше блеска, чем пользы.

Но деньги есть деньги, и новая шкатулка Аэдуана с серебряными монетами в карете стоила того, чтобы жариться на солнце и выслушивать бесконечный поток жалоб этого напыщенного принца.

– Что это за вонь?! – воскликнул Леопольд, прикрывая нос рукой в перчатке.

Когда ни один из Адских Алебард не выступил вперед, чтобы ответить – а на самом деле все они отошли на расстояние вытянутой руки, словно намеренно избегая контакта с принцем, – обязанность отвечать легла на плечи Аэдуана.

– Эта вонь, – сказал он, – от рыбы.

– И дерьма грязных дальмоттийцев, – крикнул бородатый мужчина, что шел по пирсу. На нем был изумрудно-зеленый мундир карторранского флота. Судя по высоко задранному подбородку и трем подчиненным, бегущим за ним по пятам, это был тот самый адмирал, с которым собирался встретиться Леопольд.

Четверо новоприбывших выстроились перед принцем в шеренгу и отвесили почетный поклон, проскандировав:

– Ваше Императорское Высочество!

Леопольд ухмыльнулся, как мальчишка, получивший новую игрушку, и, поправив меч, скомандовал на карторранском: