Книга Сделка на смерть, страница 55 – Софи Ким

– Нисколько, – мило ответила я.

Он тихо рассмеялся, прежде чем легким движением руки распахнул дверь. М-да. Мне пришлось бы изрядно потрудиться, чтобы открыть такую дверь. Он действительно был силен. Очень и очень силен. Но сильнее ли он кинжала?

Ведь это кинжал его генерала, выкованный из золота токкэби. И на этот раз все произойдет неожиданно. В прошлый раз я поторопилась и мой поступок был предсказуем.

Но теперь все будет по-другому.

– Наш ужин. – Он легким движением руки обвел то, что находилось за дверью.

Мои глаза расширились.

Обсерватория представляла собой круглый купол, освещенный свечами в канделябре, стоявшем на столе в центре комнаты.

Сквозь сверкающее стекло потолка в комнату лился звездный свет. На столе стояли блюда с горячей, еще дымящейся едой. На гладком черном полу, в котором отражались звезды, лежали разноцветные бархатные подушки. Руи закрыл дверь, и меня охватило предвкушение победы.

Мы были совершенно одни.

Конечно, я понимала, что Ханыль Руи опасен и умен, что этот ужин наедине – всего лишь его ход в нашей игре, что у него есть некий план, который я пока не смогла разгадать. Но я сильно сомневалась, что он в курсе моей задумки победить его с помощью приторно-сладких улыбок и нежной кожи.

– Сюда, – сказал Руи, положив руку мне на поясницу и направляя к столу.

Даже сквозь ткань я ощутила холод его пальцев, обжигающий лед металлических колец, близость его тела.

Чтобы как-то успокоить колотящееся сердце, я чуть отстранилась и прошла несколько шагов сама, прежде чем присесть на одну из подушек. Я старалась не смотреть на Крысолова, чувствуя, как пылают щеки.

С легкой улыбкой Руи грациозно опустился на подушку напротив меня, скрестил ноги и расправил струящийся черный ханбок.

– Надеюсь, ты голодна, Син Лина, – пробормотал он, беря в руки палочки для еды и лениво вертя их между пальцами.

Я окинула взглядом стол, и у меня в животе заурчало, – миски с супом, в котором плавали кусочки тофу и зеленые луковые колечки; глазированное мясо, искусно разложенное на больших блюдах; стеклянная лапша с овощами на фарфоровой тарелке. От блестящего белого риса и пельменей манду поднимались завитки пара, наполняя комнату пикантным ароматом.

– Тарелка сама тебя не обслужит, – сказал Руи, протягивая мне блюдо с мясом. – Тарелки, на которые все накладывается само собой, это, конечно, здорово, но, боюсь, такое изобретение мне не под силу. Утку?

– Отлично.

Он доверху наполнил мою тарелку, затем занялся своей. Я осторожно взяла палочками кусочек и поднесла к губам. Мясо утки оказалось нежным, сладковатым, глазурь прилипала к губам. Проглотив, я тут же потянулась за добавкой. Именно о такой еде я мечтала в Сунпо – королевстве, где дети каждый день едят одну и ту же соленую рыбу, воображая, что это свинина, говядина или курятина.

Руи взял немного риса.

– Я рад видеть, что ты нашла применение содержимому платяного шкафа.

Я улыбнулась, поднеся ко рту бокал вина. Надо было привлечь внимание Крысолова к губам.

– Это платье было неотразимо.

– Я заметил, – шепнул он.

У меня перехватило дыхание. Словно почувствовав это, Руи глянул на меня из-под длинных ресниц, и в его глазах вспыхнул озорной смех.

– Тебе нравится небо? – Он указал жестом на бесконечность ночи, расстилающуюся над нами.