Книга Теодоро и Маруся. Зеркало колдуна, страница 85 – Наталья Юрай

* * *

Наблюдая за тем, как Тито быстро и с удовольствием ест, стоявшая у стола Маша в который раз чувствовала сильнейшую тоску — паренек слишком похож на отца,чтобы можно было не узнать в каждом его движении повадки Теодоро.

— Сеньор Мануэль сказал, что сделает всё возможное. Как думаешь, у него получится?

— Что? — встрепенулась задумавшаяся было Маруся.

— У него получится спасти моего отца?

— Я не знаю, — вздохнула девушка, и знакомая боль перехватила дыхание. — Прошло столько времени, а Мануэля всё еще нет. Значит, он или не сумел, или…

— Погиб? — юноша опустил голову и отодвинул от себя миску с гороховой кашей. — Ты тоже думаешь об этом, Мария?

— Каждый день, каждую ночь.

Порывисто вскочив, Тито обнял Машу и прижал к себе.

— Клянусь, что никогда тебя не оставлю, и позволь защищать и беречь тебя от невзгод и злых людей!

— О, Тито! — всхлипнула Маруся и спрятала лицо на груди бастарда.

Так они и стояли, обнявшись и роняя слёзы, когда порог переступил Баррейро.

Уставший, в запылённой одежде и с отросшей бородкой, он вовсе не походил на блестящего любимчика короля. Опальный фаворит выглядел обычным путником, вот только в глаза никому не смотрел.

— Приютят ли в этом доме путника? — неестественно весело спросил Мануэль и бесцеремонно плюхнулся на скрипнувший под ним стул.

— Ты приехал один⁈ — дернулась к нему Маруся. — Значит… О, нет!

— Мы оплачем Теодоро по всем обычаям, Мария, даю тебе слово. Но сперва нам нужно обсудить кое-что куда более важное. Садитесь оба!

Маша, парализованная страшным известием, так и осталась стоять.

Баррейро положил ладони на стол, как будто демонстрировал собственную безоружность перед обстоятельствами и покорность судьбе.

— Я вынужден буду вернуться в свое поместье, к жене и детям. Им нужна моя защита и поддержка как никогда раньше. Немилость Людовиго ударит по нам сильно, не далее, как три дня назад шерсть моих коз отказался брать один из многолетних покупателей. Извинялся, даже сожалел, но товар не взял. И это король только входит во вкус!

— Сеньор Баррейро, я хотел бы предать тело отца земле, — глухо проговорил Тито, глядя прямо перед собой. — Мне не могут отказать в этом. Даже король!

— Мальчик мой! — Мануэль тряхнул головой. — Я заплатил кому нужно. Когда придёт срок, останки Теодоро уложат в просмоленный ящик и отправят сюда, но ведь ты знаешь, что в ближайшее время никто не позволит этого сделать? Тело выставлено на всеобщее обозрение,и пока Людовиго не насладиться местью, так и будет гнить на колесе.

Бастард сжал кулаки и коротко кивнул.

— То-то же! Повторюсь: мы оплачем Тео, когда придет время, а сейчас тебе нужно быть стойким, мой мальчик. Смотри, вот бумаги, которые я забрал у доньи Эстефании. Она припрятала их, когда солдаты разоряли дом. Здесь купчая, на ней твое имя. Видишь? А это деньги, которые хранил мой друг. Часть я оставил домоправительнице, она расплатится со слугами, а потом покинет дом.

— Покинет дом? Почему? — шмыгнул носом юноша.

— Король иногда забирает собственность казненного себе. Так заведено, если покойный чем-то сильно насолил правителю. Мария, вы можете отправиться со мной, я найду вам хороший дом и положу месячное содержание. Или… быть может, вы вернетесь к мужу? Сеньора?

Слова кружились в воздухе, но Маруся не внимала им, все рушилось. Все снова рушилось в ее жизни. Оторванная от родных, от привычного мира, она снова потеряла близкого человека и теперь не понимала, что делать дальше.