Книга Переписать судьбу, страница 82 – Диана Курамшина

Лиззи, наплевав на условности и дыру, куда пересадила её своей волей хозяйка бала, устроилась рядом с мисс Ривз, так что грузному мужчине, чью карточку она ему вернула, пришлось самому искать себе место.

Фицуильям же теперь восседал в окружении престарелых матрон. Правда, почти впритык к нашему столику. Зато спиной к нашей маменьке.

Больше всего столь странному расположению друга хозяина дома был рад наш кузен. Он постоянно в процессе еды поглядывал на мистера Рассела, наверняка уже вызывая этим у того изжогу. Не замечать подобного внимания мужчина просто не мог. Передавая соседкам по столу то курицу, то тарелку с нарезанной ветчиной (дамы упорно игнорировали слуг, приставленных к их столику, и просили именно Фицуильяма позаботиться о них) он поворачивался и встречался с этим подобострастным взглядом, а порою и со слащавым кивком Чарлза.

Мне сие соседство радости не прибавляло, хоть и позабавило поначалу.

Фанни, выцедившая за время танцев несколько бокалов с вином, теперь разглагольствовала с сидевшей рядом миссис Ривз о будущем браке Джанет и Джона. И хоть ухо Фицуильяма иногда нервно подёргивалось, никакой более бурной реакции он не проявлял.

На мои призывные знаки отцу остановить этот словесный поток мистер Стонтон реагировал лишь слабой усмешкой. Его происходящее веселило. Папочка уже заметил, что после слов матери я стала поглядывать на мистера Рассела, и тоже начал за ним наблюдать. Это меня бесило, но ничего поделать я не могла. Не устраивать же скандал на потеху публике.

К концу ужина Фанни почему-то принялась рассуждать о красавцах-офицерах… вспоминать о своей юности… и зачем-то заявила, что за Лиззи ухаживает «душка Гаррет Уэст»! И если их взаимные чувства будут сильны («а как же иначе?!»), Джанет обязательно после замужества поможет сестре с приданым, ведь четыре тысячи годовых – это огромные деньги, а сёстрам нужно помочь! Вывести в свет, познакомить с состоятельнымиджентльменами… или же просто… деньгами… раз есть такие красавцы!

Мужчина дёрнулся и повернулся, буравя глазами Фанни, а мне хотелось провалиться на месте. Затем, найдя прищуренным взглядом Лиззи, мистер Рассел долго и упорно её разглядывал, поворачивая голову с одного бока на другой. И идеи, явно зарождавшиеся в его голове, мне уже заранее не нравились.

За всем этим с какой-то странной улыбкой наблюдала мисс Бёрли. Она, конечно, не могла слышать ведущиеся тут разговоры, но выражение лица Фицуильяма ей явно импонировало.

Следующие танцы до конца вечера мистер Рассел игнорировал. Как и в первый вечер приезда в Хартфордшир, мужчина простоял у стены и размышлял, смотря в никуда.

М-да… хоть я этого и не хотела, но, как понимаю, сюжет, словно упёртый бизон, прёт по проторённой дорожке, и горстедвудское семейство со товарищи быстренько покинут нас.

Счастливая, ни о чём не подозревающая Фанни с улыбкой наблюдала за Джоном и Джанет. Они не танцевали (нельзя более двух танцев с одним партнёром), а просто стояли у камина с бокалами в руках, чтобы никто не смог их вынудить заняться поиском партнёров.

Когда уже все расходились, с одной из карет уехали Мария, Чарлз, Кэтрин и Лиззи, а вторая вынужденно последней покидала поместье. Матушка безостановочно болтала с сёстрами Бёрли, давая, как она думала, Джанет больше времени провести с Джоном, но тем самым вызывая уже жёлчное выражение на лицах Маргарет и Анны и каменное – у друга. Те с плохо срываемой зевотой, кляня приличия, наблюдали за происходящим.