Книга Хозяйка Дьявола, страница 95 – Катерина Траум

– И впрямь, а с ходу незаметно было. Эй, а я на шестой номер поставил! Вот же срань…

– Ни стыда ни совести, – заворчала пожилая женщина в огромной шляпе, которая полями закрывала обзор окружающим. – Разве ж можно порядочной девушке, да в таком виде… Тьфу, срамота!

Нет, эти возгласы совсем не стали сюрпризом: нечто подобное Сандра ожидала от общества с его закоренелыми устоями. Мужской костюм на ней и вправду для взоров прошлого поколения равнялся выходу в неглиже. И все же слышать подобное все равно неприятно, особенно когда на пьяный бред зачинщика отреагировали другие жокеи, с любопытством кидая оценивающие взгляды на соперницу. Наездник ахалтекинца даже презрительно сплюнул в сторону, прежде чем занять место во втором боксе:

– Дуреют бабы. Им детей рожать, а не задницу об седло стирать.

– Снимите уже шестой номер, эй, там! – продолжал орать пьяный голос, как вдруг резко замолк и сменился на протяжный стон.

Сандра машинально оглянулась и не смогла сдержать улыбки: схватив пьянчугу за шкирку, Деон смачно приложил его лбом о решетку ограждения, и тот сполз под лавку. Встретившись взглядом со своей госпожой, Деон довольно ухмыльнулся и отсалютовал ей, как верный солдат, вставший в обороне своего лагеря.

Благодарно ему кивнув, Сандра поспешила в шестой бокс, потому как над ипподромом уже разнесся второй гудок, а следом прозвучал усиленный рупором голос ведущего:

– Дамы и господа, приветствую вас на первых в истории Нью-Биллингтона рождественских бегах! Прошу всех занять свои места, а участников встать на старт!

Искорка вела себя просто идеально – ни малейшего роптания на пониженную температуру воздуха. Кажется, с самого сентября не участвуя в скачках, она соскучилась по этому ажиотажу: гудящим нетерпением трибунам, пыхтению соперников в соседних боксах и возможности понестись в полную силу своей мастистой крови. Через поводья вдохновение передалось и Сандре, когда они встали за низенькими воротцами бокса, ожидая третьего, последнего гудка.

Ведущий громко представлял лошадей, не называя имен жокеев: традиционно ставки делались на лошадь, а не на наездника. Вороной Торнадо, ахалтекинец Орион, арабский Шайтан, верховые Фиалка, Абсент и Звезда. Француз Ариэльи ее светло-мышастая Искорка.

Вытряхнув из головы все лишние мысли, Сандра припала к шее лошади и накинула на правое запястье ремешок хлыста. Слиться с лошадью в одно целое, стать единым организмом. Уменьшить сопротивление воздуха, подавшись вперед и приподнявшись в коротких стременах. Скрип ботфортов, нетерпеливое ржание кобылы и ее мускусный запах. Это ее родная стихия.

Глубокий вдох.

Оглушающий гудок, и ворота боксов резко распахнулись, выпуская на волю участников забега. Подчиняясь зычным командам жокеев, лошади помчались по дорожкам, поднимая песочную пыль. Загалдели трибуны, заулюлюкали болеющие за своих фаворитов зрители, а ведущий с трибуны живо комментировал первые секунды гонки:

– …В лидеры вырывается номер три, на полкорпуса отстает единица… Впереди первое препятствие!

До Сандры долетали лишь обрывки слов: ветер свистел в ушах и уносил остальное. Сейчас для нее не существовало ни соперников, ни зрителей. Предельно сосредоточившись на том, как двигалась под ней Искорка, она слушала только ее учащающееся пыхтение. Видела исключительно дорожку и первый барьер. Так учил папа: лошадь будет твоей, только когда ты сама отдашь ей душу.