Книга Смерть заберет с собой осень, страница 100 – Эмма Рид Джонсон

Я стоял перед зеркалом, застёгивая серебристые пуговицы на своем приталенном клетчатом жилете. Где-то позади Юки-кун напевал себе под нос песню.

– Ты уже всё? – спросил у него я, разворачиваясь вполоборота. Он сидел на моей кровати, перебирая несколько пластинок с таблетками и сверяясь с помятым клочком бумажки, выдавливал нужные в таблетницу. – Я смотрю, тебе уже заняться нечем.

– Тц! – шикнул он. – Ты сейчас подкалываться будешь?

– Не, – отмахнулся я, пальцами проводя по волосам. – Вдруг захочу объесться или, наоборот, там будет всё противное.

– Пока что самый противный здесь ты. – С улыбкой на губах он запихнул таблетницу в рюкзак и, с какое-то время глядя на мои попытки привести голову в порядок, подкинул мне расчёску. – Тебе помочь?

– Сам справлюсь.

Я отвернулся от зеркала, возвращаясь в комнату. Плюхнулся в рабочее кресло, задумчиво глядя на рюкзак, в котором лежали рождественские подарки для всех моих немногочисленных родственников и для Юки-куна. Тот, об этом, конечно же, не знал, что меня забавляло. Я немного переживал, что подарок ему не очень понравится, но вообще я был в восторге от того, какую работу мы проделали с Кицуко-сан и Ясуко-сан. Хотя, если говорить начистоту, делали всё только они, а я лишь кивал головой, как болванчик, и восторгался любой предложенной ими идеей.

Из-за угла осторожно выглянула мама. Она побарабанила ногтями по дверному выступу, привлекая наше внимание:

– Мы скоро выезжаем, просто пришла напомнить.

– Хорошо, мы тоже уже почти готовы.

Смахнув с лица завитый локон, мама помахала нам рукой. Наверняка пошла помогать отцу завязывать галстук – у него с этим всегда были проблемы. Помнится, в детстве мы с Асахи всегда считали, что он просто слишком занятой, чтобы тратить на эту ерунду драгоценные минуты, но со временем поняли, что наш отец просто был не таким уж и идеальным мастером на все руки, каким всегда казался. Даже у него были свои слабые стороны.

– Почти готовы,ага, – передразнил его я, смотря на рубашку Юки-куна, которую он не успел надеть. – Врать нехорошо, знаешь ли.

– Кто сказал, что я врал? – Он шутливо скорчил лицо. – Почти – не считается, значит, мы… э-э…

– По твоей логике мы готовы выходить хоть сейчас. – Я снисходительно глянул на него. – Мда-а…

– Тц-ц, Акира-кун! – Юки-кун вскинул вперёд руку и, будто предостерегая, поднял палец к небу. – Если будешь много болтать, то я распалюсь, разозлюсь и начну публично дразнить тебя Аки-тян – как тебе такое?

– Не посмеешь! – Я скривился. – Это же… итайна…[33]

– А кто сказал, что я люблю честно играть?

– Это против правил! – обиженно буркнул я.

– Следовать правилам – слишком скучно. – Он подхватил рубашку и начал переодеваться.

* * *

Ресторан, как и ожидалось, был вычурным и излишне роскошным, но меня вмиг подкупили панорамные окна. На фоне играла приятная мелодия, повсюду раздавались приглушённые голоса посетителей и звон бокалов, а миниатюрная девушка-хостес вела нас в самый дальний угол зала. Она указала нам на большой столик, с которого открывался захватывающий дух вид на ночной Синдзюку, вручила меню и, поклонившись, ушла.

Я поспешил занять место у самого окна, чтобы было на что отвлечься, когда отец и брат начнут безостановочно обсуждать дела на работе, а мама с Мэй – всякие женские штучки и сплетни. Зачастую на семейных праздниках я чувствовал себя невероятно одиноким, но сегодня со мной был Юки-кун.