Книга Смерть заберет с собой осень, страница 98 – Эмма Рид Джонсон

Юки-кун повторил за мной, и мы принялись есть, но уже в стоящей тишине, нарушаемой только песней, слова которой я не мог разобрать – до того тихо она играла. Паста оказалась нежной, бекон – сочным, а сыр – невероятно вкусным. Вино я пил маленькими глотками, потому что оно горчило на языке, а горький алкоголь мне не сильно нравился. Куда приятнее, если он напоминал сладкую газировку, чтобы спирт ощущался как можно меньше.

Стоило признать, что Юки-кун умел готовить просто восхитительно!

– Очень вкусно, – проглатывая, пробормотал я, поднимая на него взгляд. – Прямо… реально очень.

– Лестно слышать. – Уголки его губ слегка приподнялись, пока он лениво наматывал пасту на вилку. – Акира-кун, почему ты не хочешь рассказывать, что ты делал сегодня весь день?

– Это секрет. – Я только пожал плечами, но стоило заметить, что мой ответ Юки-куна нисколечко не устроил, поспешно добавил: – Клянусь всеми оставшимися днями моей жизни, что ты узнаешь об этом очень и очень скоро.

– Ладно, – шутливо фыркнул он. – Тебе повезло, что я люблю сюрпризы.

И всё же я неуютно поёрзал на стуле, вспоминая весь день. Меня очень смущала встреча с Савадой-саном, но почему-то рассказывать о ней Юки-куну я не хотел. Немного поразмыслив, я выдохнул:

– Слушай, можно задать личный вопрос?

– Попытайся.

– А расскажи мне о том… о том парне, о котором ты вскользь упоминал.

– М-м? – Юки-кун отложил вилку и подпёр голову рукой. – О каком?

– О Рэе…

Моя просьба отразилась на обычно безмятежном лице Юки-куна искренним удивлением и настороженностью, но вслух он этого не высказал:

– И что тебе хочется о нём узнать?

И правда – что?

Как я мог понять, был ли Савада-сан как-то связан с Юки-куном или нет, если о первом я ничего не знал? Он был болен и внешне напоминал панка – и это вся информация, которой я располагал.

Пожевав изнутри щёку, я смущённо пожал плечами, несколько виновато поглядывая на Юки-куна.

– Ты знаешь, что он инугами и про то, какие отношения между нами были. – Он откинулся на спинку стула, беря в руку стакан с вином. Поднял его чуть повыше лица, разглядывая, как огоньки от лампы просвечивались сквозь напиток. – Ты в курсе, как становятся инугами?

Я отрицательно мотнул головой.

– Люди весьма жестоки, а в эпоху тотальной безграмотности и веры в чудеса – и подавно. – Юки-кун пригубил вино. – Их создавали после проведения ритуалов кодзюцу или кодоку: морили собаку голодом, привязывая к столбу или закапывая её тело, после чего отрубали голову прямо на пике страданий. Якобы обезумевший дух станет преданным фамильяром и начнёт исполнять желания.

От услышанного по телу пробежали мурашки. Есть больше не хотелось.

– Мы тогда с А-тян жили в одной деревушке на острове Сикоку – там инугами пользовались небывалой популярностью. Я работал на старшину деревни, уже и не помню, чем конкретно занимался, слишком давно это было, но в какой-то момент он захотел создать себе пса-бога, чтобы тот помог ему решить все проблемы, – глупость, согласен, но когда я сказал ему об этом, он только выгнал меня. – На лицо Юки-куна опустилась тень. – Каждый раз, приходя к старшине, я слышал жалобный скулёж его пса. Знаешь, принято считать, что ёкаи – жестокие твари, несущие один вред, но на деле самыми злобными существами всегда оставались люди. Когда ритуал завершился и дух освободился, первое время Рэй верно служил своему новому хозяину, но не прошло и полугода, как он погубил его и освободился – если хозяин инугами слишком слаб, то едва ли он способен совладать с разъярённым ёкаем.