Книга Лепестки Белладонны, страница 80 – Джулия Вольмут

– Расскажи, что приснилось?

Мира сползла на ковер. Избегала внимательного взгляда зеленых глаз, но ощущала присутствие Джека всем телом. Что сказать? Правду? Она не виновата. Так случилось. Много чего случилось. Жизнь менялась, словно в калейдоскопе. Осуществлялись мечты о музыкальной карьере, известности, нужности. Но в груди застрял осколок, заполнив чернотой душу. Если карма испорчена грехом, какой смысл быть хорошей? Мире не стать хорошей. Кровь на руках не позволит.

– Бугимен [37], – ответила Мира, осознав, что долго молчала. – С детства боюсь этого уродца. Извини, что разбудила. Надеюсь, только тебя.

– Я не спал. Часовые пояса дают о себе знать.

– А я теперь не усну. – Вино за ужином было лишним. Разговоры о прошлом были лишними.

– Тогда…

– Предлагаю прогуляться! – Эльмира подбежала к шкафу, вытащила джинсы и свитер. Быстрее в ванную, пока не передумала, пока не осознала происходящее. Гулять с Джеком! По Дрездену! Вдвоем!

– Пошли! – Его голос звучал бодро, весело. И немного жалостливо.

Но Мира предпочла оставить последнее без внимания.

Белладонна выглядела забавно в огромной белой шапке и в яркой дутой куртке. Хорошо, что на прогулку она не оделась как в ресторан: в узкое платье и тонкую курточку. Интересно, для кого она тогда нарядилась? Для прессы, разумеется. Немецкая рок-звезда в Германии!

Джек до сих пор не мог поверить, что Белладонна вытащила его на улицу посреди ночи, несмотря на то, что уже десять минут шагал вдоль жилых домов, наспех одевшись и прошмыгнув с певицей мимо телохранителей. Снег пока невыпал, но в воздухе чувствовался мороз. Льюис приподнял ворот куртки и вдохнул – ноздри защекотало от холода.

– Рада пройтись по Дрездену спокойно, – подпрыгивая при ходьбе, делилась мыслями Белладонна. – Днем сложно остаться незамеченной. Фанаты, папарацци… Я давно забыла, каково быть обычным человеком. – Она остановилась и огляделась, словно пыталась что-то найти. Вдали Джек увидел железнодорожный вокзал. Белладонна с энтузиазмом добавила: – Поэтому мне понравилось в Лос-Анджелесе! Для вас, американцев, я мелкая рыбешка. Меня никто не замечал.

Джек удивленно хмыкнул:

– Джонни говорил, ты суперзвезда!

– Да, – кивнула певица, направляясь в сторону вокзала. Льюис шел следом, рассматривая пустынный, словно после апокалипсиса, город. – В Европе я собираю стадионы, а вы любите своих, поэтому я была в Лос-Анджелесе обычной туристкой. Узнавать меня стали потому, что я танцевала со знаменитым боксером. – Она шутливо толкнула его в бок.

Джек напрягся из-за скользкой темы, но выдохнул и пошутил:

– А в Германии я обычный мужчина, с которым танцевала звезда?

– Возможно. – Белладонна хихикнула. – О, мы на месте.

Они завернули в сквер рядом с закрытым железнодорожным вокзалом. Кроны деревьев склонились над скамейками, и лишь луна, пробиваясь сквозь ветки, позволила разглядеть на одной из скамеек вычерченную ножом или ключом надпись: «Мира + Тристан = навсегда».

– Первый парень? – спросил Джек, когда Белладонна присела перед скамейкой и положила на буквы покрасневшие от холода ладони.

– Друг, – ответила она. Льюис смотрел, как ветер волновал темные волосы Миры, а ее обветренные губы дрожали. – Приют здесь недалеко, в пригороде. Мы часто сбегали, садились на поезд и приезжали в Дрезден. Гуляли, танцевали на площади… – Она замолчала и затрясла головой.