Книга Пламя в цепях, страница 120 – Джулия Вольмут

В театре меня встретил привычный полумрак и легкое эхо голосов. Я стиснула корзинку с кексами. Охранник попробовал один, и его довольное «м-м-м» убедило, что вышло не так уж плохо. Перед тем как заглянуть в зал, я одернула короткое черное платье и успокоила сердце парой глубоких вдохов. На сцене вовсю шла репетиция: кто-то читал с листа реплики, кто-то разминался, а кто-то жарко спорил. Я замерла и попыталась поверить, что я – часть всего этого. Без влиятельных родственников и связей, но благодаря упорству, а также вере в меня одного рыжего, удивительного…

– Девушка из бельэтажа? Привет!

Ко мне подошел высокий кудрявый брюнет. Он немного походил на Пола, другого актера театра, но был шире в плечах.

– Я Клаус Доэрти, брат Пола. Он о тебе рассказывал, – Клаус глянул на корзинку в моих руках. – Это нам? Ребята!

Актеры накинулись на кексы, наперебой протягивая мне ладони для рукопожатия и называя свои имена. Парни и девушки напоминали детей посреди праздника. Я изумленно посмотрела на режиссера: он прислонился к колонне и, ухмыляясь, наблюдал за подопечными.

– Извините, мистер Скотт. Кажется, я сорвала репетицию.

– Ты знаешь, чем покорить сердца. Зови меня Майкл.

Когда все кексы были съедены, актеры начали допрос: откуда я и почему выбрала театр. Я отвечала осторожно, подтверждая уже известные факты – Пол заметил меня, рассказал Ребекке, и вот я здесь. Оказалось, что таким образом в театр попали еще две девушки и три парня. Пугающая нереалистичность происходящего постепенно отступала. Тем более Майкл был строг ко мне так же, как и ко всем остальным. Но я с благодарностью слушала его советы и не обижалась на критику. Наконец-то я перестала быть неудачницей и разочарованием.

– Клаус, ты поешь серенаду пять минут. Ровно. Пять, – Майкл переключился на моего партнера, принца Эрика, а у меня выдалась минута, чтобы отойти к своей сумке.

Я проверила телефон. Ни одного нового звонка или сообщения. Хмурясь, прикусила палец. Разве я надеялась? Ком в горле помешал сделать глубокий вдох и будто ответил за меня.

После репетиции я заглянула в супермаркет, чтобы купить ведерко шоколадного мороженого. В отъезде Клоуна были свои плюсы: огромная кровать и плазменный телевизор в полном моем распоряжении. Включу на всю квартиру поп-музыку, налью бокал вина, приму ванну, а после созвонюсь с Астрид по видеосвязи и пересмотрю с ней «Сумерки».

Но мои планы прервал звонок.

– Пат, подъедешь в студию?

«Нет» вертелось на языке.

– Я взяла перерыв…

Внутри все заледенело. Я ощутила невыносимую слабость и вцепилась в тележку, чтобы устоять на ногах. Кондиционер в супермаркете работал хорошо, но спина вспотела, а во рту пересохло. На целый день мне удалось забыть, что я – часть грязной индустрии.

– Прости, что беспокою, – голос Хогарта неожиданно смягчился. Впервые режиссер был… неуверенным? Уязвимым? Он прокашлялся. – Мне нужна помощь другого рода.

Я выпрямилась. Серьезно?

– Сходи в стриптиз-клуб, – бросила, закипая.

Через пару дней – кастинг у Вейхона, и мне абсолютно некогда помогать режиссеру средних лет поднимать его ничтожное либидо. Прикину, что за годы работы он перестал возбуждаться от чужого соития и нуждался в чем-то… специфическом.

– При чем тут я? – спросила вслух. – Пока чтоя не твоя «девочка», Хогарт, – выделила интонацией первую часть предложения, чтобы дать надежду – ложную ли? Черт знает.