Онлайн книга «Искупление страстью»
|
– С чем? Он долго смотрел на мой синяк. – Со своими желаниями. Повисла неприятная пауза. – Приходите еще, – добавил Голдман. – Обязательно. Всю дорогу до кампуса я пыталась болтать с Моникой, словно ничего не случилось, и размышляла над произошедшим в оптике. Кожа под левым глазом пульсировала. Я представила, что меня ударил профессор Ричардсон, и в моей голове начался хаос. Нет. Не все мужчины больные ублюдки. Астрид, мне нужно понять. Нравится ли тебе бояться меня? Испытываешь ли ты… возбуждение? Что он все-таки имел в виду? Дерек Ричардсон – Хотел бы я поиграть с твоей нижней. У всех, с кем я проводил время, а их, поверь, было немало, лицо – это табу. Но твоя позволила раскрасить ее миловидное личико. Расскажи секрет. Как ты уговорил юную леди? Я покосился на Джона убийственным взглядом, и он замолчал. Взъерошил рыжие волосы, поерзал на обивке черного кожаного дивана, прищурился в неоне подсветки ВИП-комнаты. – Ладно. Понимаю. Тоже не захотел бы делиться такой нижней. – Ты нетрезвый? Пить запрещено, – напомнил я и отсалютовал Джону стаканом с колой: у Голдмана был тот же напиток. Алкоголь и наркотики перед сессиями были под строгим запретом, что известно всем. Я рявкнул: – У меня нет постоянной Сабы. – «Пока что», – добавил мысленно. – И ты знаешь, я не поклонник насилия. – Это искусство… – Шибари – искусство. Игры с воском – искусство. Гребаный петплей[17]в правильных руках – искусство. Но избиение… это дерьмо. Вернее, практика не для меня. Из связки «насилие» и «власть», я выберу второе. Я скрипнул зубами. Одно из правил Темы – не осуждать чужие кинки. – Ты преподаешь это «дерьмо», – парировал друг, затевая наш типичный спор. – Не кусай руку, которая тебя кормит. Я показал Джону средний палец. Да, я как некурящий продавец табака. Мне нравилось объяснять и показывать, быть наставником и регулировать сессии. Но для себя я отказался от физических наказаний в сторону Нижней. Сегодня, например, планировал поиграть в «ванильное» связывание на кровати. С него же думал начать знакомство с Темой для Астрид. Внутри все напряглось при мыслях о ней. Завтра, если она даст положительный ответ на нашу связь, возьмусь за Астрид всерьез. Вечер я проводил с другом, соседом и владельцем оптики в Хейстингсе – Джоном Голдманом. Мы отдыхали в клубе «Догоревшая свеча». Название отчасти романтичное, и никто из непосвященных не догадывался, что за стенами ночного клуба скрывается элитный БДСМ-клуб. В самом сердце Миннесоты, в столице Сент-Пол. Забавно – внешне город консервативен благодаря викторианской архитектуре. Мне и Джону до Сент-Пола около часа на машине, и пока везло не встретить знакомых. Я хмыкнул, представив, что особый клуб откроется в Хейстингсе. Ну, если мы откроем и заинтересуем студентов Берроуза, то сможем обогатиться… – Ричардсон, я жду подробностей. – Каких, мать твою, подробностей? О чем он? После знакомства с Астрид, как и после знакомства с Лорел, меня перестали интересовать другие женщины вне игровых сессий. – Юная леди, – сказал Голдман. – Она пришла ко мне вчера с огромным фингалом под глазом. – Юная леди? – Я стиснул стакан до боли в пальцах. – Астрид. Та влюбленная в тебя студентка. – Она в Теме? Нет. Бред. Абсурд. – Нет, – подтвердил Джон. – Она ни черта не поняла из того, что я сказал. Но ее явно избили, причем сильно. Очевидно, это либо сделал хреновый Верхний-садист, либо она фанатка эджплей[18]. |