Книга Искупление страстью, страница 70 – Джулия Вольмут

Томас оставил меня там, где я отключилась, – на полу у кровати. Как и во многие дни до отъезда в Берроуз. Я застонала. Идиотка! Урок усвоен, черт возьми. Я дернула рукой, но запястье не слушалось. Сломано? Не болит. Я дернула снова. Что за… Повернув голову, я сквозь пульсирующую боль в висках увидела: руки связаны вместе и закреплены у изголовья кровати.

– Нет. – Я попробовала вырваться. – Нет-нет-нет!

Из-за ужаса дыхание сбилось, и я начала захлебываться воздухом, а через пару секунд – слезами. Они текли по щекам, а я не могла их вытереть. Слезы щекотали кожу и щипали раны. Пару секунд спустя я успокоилась – всегда успокаивалась, иначе бы не выжила. Осмотрелась. Моя спальня… Я скучала по лавандовым стенам, стеллажам с книгами и любимому широкому подоконнику. Но меня колотило от осознания, что я попалась.

Ладно. Ищем плюсы. Он не убил меня. Он связал руки простыней, а не наручниками. Видимо, в приступе ярости не смог их найти. Развязать узел легче, чем сломать себе запястье. Я вспомнила фильм «Пила» и момент, когда герою пришлось отпилить ногу ради шанса выбраться на свободу. Смогла бы я?.. Резко затошнило. Я прикрыла глаза, и по лицу побежали новые дорожки слез.

Оказаться бы в кампусе, в своей кровати. Или на лекции у профессора Ричардсона. Мысли о Дереке придали сил и смелости. Я прислушалась: тихо. Наверное, Томас на дежурстве. У меня есть пара часов – или минут, если сейчас день и он приедет домой на обед, – поэтому медлить нельзя. Успокоив эмоции, я начала раскачиваться из стороны в сторону. Узел был крепким, и потребовалось много времени, чтобы ослабить простынь.

Когда одна из рук свободно задвигалась, я смогла выдернуть запястье из оков. Размяв затекший сустав, я освободила вторую руку. Потрогала лицо. Каждое прикосновение – словно к месиву: липко, больно. Шатаясь, я встала. Надо бежать и, главное, не встретить тех, кто передаст меня в «заботливые» руки шерифа. То есть не встретить жителей Луксона.

Дверь распахнулась, раздался крик:

– Деточка! Что с тобой?

Вряд ли Томас назвал бы меня «деточкой» и вряд ли он за ночь сменил бы пол. Приоткрыв заплывший глаз, я повернула голову.

В дверном проеме застыла темноволосая женщина. Ей под сорок, полная, одета в недорогой спортивный костюм и на вид добрая.

– Кто вы? – прошептала я, едва шевеля разбитыми губами.

– Я Маргарет, соседка Томаса. Переехала в Луксон пару недель назад. А ты? Что с тобой случилось?! Наверное, это хулиганы постарались. Какой Томас молодец, забрал тебя домой, но лучше бы отвез в больницу.

Хулиганы? Я рассмеялась. От смеха заболело лицо, но я продолжала хохотать. Она считает Томаса порядочным человеком! Через время смех перерастет в истерику, а спустя еще пару минут – в горькие рыдания, поэтому я прикусила язык и успокоилась. Вновь оглядела комнату: здесь я самостоятельно накладывала себе повязки и мазала ссадины.

– Он тоже бьет вас?

– Что значит «тоже»? – изумилась Маргарет. Она подошла, то и дело порываясь дотронуться до меня, но не решалась и в последний момент хватала себя за руки. – Томас прекрасный человек, шериф!

– Да. – Я усмехнулась. – Шериф.

Нужно рассказать правду, предупредить Маргарет! Но я задумалась. Открой я для нее истинное лицо Томаса, что она сделает? Уедет, конечно же. Что тогда будет со мной? Прощай, новая жизнь. Снова стану грушей для битья, прислугой, мишенью. Эта женщина пока меня не узнала, вероятно из-за опухшего лица, или Томас убрал все фото и вычеркнул меня из своей жизни – так или иначе, я могу сбежать.