Книга Слоновая кость, страница 143 – Мерседес Рон

Тело заключило в плен, сразу почувствовала, что он возбужден. Руки опустились, добрались до низа ночной рубашки и сдернули ее, оставив обнаженной, за исключением черных трусиков. Дыхание участилось, когда его руки коснулись кожи.

– Что случилось? – спросила я между вздохами, когда он без устали целовал шею и подбородок. – Себастьян…

Его левая рука коснулась намокшего нижнего белья.

– Молчи, Марфиль, – сказал он, заставив меня умолкнуть глубоким поцелуем.

Мои руки путешествовали по его спине, груди, шее. Я притянула его к себе и наслаждалась теплом губ, языком, ласкающим так… сокровенно, что растаяла в объятиях.

Он поднял меня на руки и понес к дивану. Усадив на него, продолжил целовать, но уже в более спокойном темпе. Его руки перестали с силой сжимать и перешли к нежным ласкам.

– Можно теперь говорить? – спросила я и поцеловала его в ухо, как раз там, где шептала.

Он хмыкнул, когда провела по его уху языком, ощутив соленый вкус кожи.

– Сегодня у нас перемирие, можешь делать все, что захочешь, Косточка, – вздохнул он и накрутил мои длинные темные волосы на запястье. – Ты ведь знаешь, что я готов проводить дни напролет, делая с тобой все, что угодно? – спросил он, усаживаясь так, чтобы мои соски касались его невероятных грудных мышц.

– Разрешаю тебе это сделать, – восхитилась я тем, какой он красивый, мужественный, сильный…

Он очаровывал меня, сводил с ума… Господи! Как же я была влюблена!

Он отстранился, откинув голову и устремив взгляд в потолок, в этом положении у него обозначился кадык. Хотелось зацеловать его и никогда не останавливаться.

– Как твоя рука? – спросил он, испустив глубокий вздох.

Я опустила взгляд на перевязь и начала ее ощупывать.

– На самом деле уже почти не больно.

Его рука легла поверх.

– Не трогай ее и надень это.

Он протянул ночную рубашку, которая лежала на диване.

– Сначала раздеваешь, а теперь хочешь одеть?

Он натягивал мне рубашку через голову, не обращая внимания на слабые попытки оттолкнуть.

– Я был не в себе, извини.

Посмотрела на него, и чувство, совсем отличное от вожделения, охватило изнутри. Боже мой, я любила его. Любила его и ничего не могла поделать, чтобы защитить себя от этого чувства.

– Могу спросить кое о чем?

Себастьян слегка вздохнул, но молча кивнул.

– Сколько тебе было лет, когда женился на Самаре?

Вопрос застал обоих врасплох. Но не могла себя терзать и дальше: нужно было знать, что побудило Себастьяна жениться на ком-то. Необходимобыло знать, пережил ли он эти чувства или все еще влюблен в нее, и что, черт возьми, между ними произошло…

– Мне было двадцать, а ей восемнадцать.

Ох… Ему было тогда столько же лет, сколько мне сейчас.

– Почему у вас не сложилось?

Себастьян разочарованно провел рукой по лицу.

– Если не принимать во внимание, что были очень молоды? Не знаю, Марфиль. То, что делал… Принимал решения, которые повлияли на нас обоих, и… все полетело к чертям…

Несколько секунд обдумывала его ответ.

– Почему она считает тебя опасным?

Себастьян посмотрел мне в глаза.

– Я уже говорил, что почти всю юность скитался по приютам и приемным семьям, Самара тоже, мы столько всего пережили… – Он на секунду запнулся, а затем продолжил: – Можно сказать, было время, когда мы жили в условиях, которые совсем не подходят для детей… Такая юность не может не отразиться на характере, – говорил он, и я с облегчением заметила, что его пальцы рассеянно поглаживают мои ноги. – Каким ты меня видишь сейчас… В молодости пришлось много работать над собой, чтобы обрести самоконтроль.