Онлайн книга «В Питере - жить? Развод в 50»
|
— Лика написала, — объяснила свою задержку. — Как у нее? — спросила мама. — Отлично. — Как все-таки странно. Сын Андрея… — Наверно, так было надо, — Зоран тоже перешел на русский. — Наверно, — только и смогла сказать я. Вечером, когда я уже собиралась ложиться, пришло сообщение от Андрея. «Привет, Саша. Вчера поздно было писать. Приходили дети на ужин, сидели долго. Приятно на них смотреть. Молодые, красивые, влюбленные». Как мы когда-то, подумала я невольно — и вздрогнула, потому что он добавил, слово в слово: «Как мы когда-то». «Может, у них получится», — написала, вздохнув. «Они собираются в Черногорию, а потом к твоей маме в Белград». «Да, знаю, Лика говорила. Я сейчас как раз у мамы, позавчера прилетела». «Здорово! Дождешься их?» «Да, надеюсь». «Маму это не очень шокировала? Что это мой сын?» «Не без того. — Я добавила смайлик с фейспалмом. — Но ничего, она справилась. А отчим сказал, что, наверно, так было надо». «Ладно, спокойной ночи», — прилетело после паузы. «Спокойной!» — Наверно, так было надо, — повторила я вслух и отложила телефон. -------- *(сербск.) Саня, иди сюда! — Иду! Глава 58 Лика — Он принимает далеко не всех. Мы идем наводить красоту и разговариваем о Питере. Как будто члены тайного общества. Мы адепты, а он — верховный магистр. Я все чаще ловлю себя на том, что воспринимаю его как живое существо. Еще недавно сопротивлялась и смеялась над этим. А теперь — как неофит, который заглядывает в рот старшему по рангу и верит каждому слову. — Надеюсь, что меня примет. — А еще он… как бы тебе сказать? Не равнодушен, но это место сильных. — Место силы? — не поняла я. — И силы тоже, но… для сильных. Здесь спасение утопающих — дело рук самих утопающих, в полной мере. Нежные фиалки здесь не выживают. С самой первой сваи, которую забили в болото, это город-вызов. Как проверка на прочность. Люди тут могут быть добрыми и отзывчивыми, но все равно надо знать: здесь тебя никто не спасет, если ты не готов спасти себя сам. — Жестко, — невольно передергиваю плечами, как от холодного ветра. А ветер, кстати, и правда холодный. Ледяной. Небо высокое и ослепительно голубое. Солнце бьет в глаза. Ни облачка. Лето? Обманка! — Да, жестко, — кивает Данька. — Питер — жесткий. Не мама и не психотерапевт. Но и не жестокий. Он никого не ломает специально, это естественный отбор. Сюда приезжают не за счастьем и не за красивой жизнью. Да, кто-то находит, получает, но это как награда, причем далеко не для всех. — Город для избранных? — В какой-то степени да. В нем можно жить или выживать. Даже из тех, кто тут родился, далеко не все живут. Тянут лямку и мечтают уехать. В Москву, в Сочи, на Бали. Кто-то уезжает, кто-то остается — и мучается. Для них все плохо. Все холодное, серое и унылое. Слишком много дождей. Слишком много людей. Данька придерживает меня за рукав, и я послушно останавливаюсь. Ну да, у подъ… у парадной сидит кот. Нельзя прогонять кота от парадной. Наверно, со стороны мы выглядим идиотами, которые стоят и ждут, когда уйдет этот… хранитель порталов. Но меня это уже не смешит и не раздражает. Я принимаю правила игры. — Питер — это испытание, — продолжает Данька, когда мы уже идем дальше. — Чего ты стоишь. Он видел миллионы таких — приходящих, уходящих, сломленных, выживающих из последних сил. Выдержишь — станешь его частью. Нет — никто не заплачет. |