Книга В Питере - жить? Развод в 50, страница 81 – Евгения Серпента

— «Сожженные рукописи Мастера»? — хмыкнула я, листая меню.

— Красное вино, груша, лемонграсс, черная смородина, — терпеливо пояснил официант, переминаясь с ноги на ногу.

— Концептуально. Мне стриплойн, батат с пармезаном, воду без газа и лаймовый сорбет. И два двойных эспрессо в одну чашку.

Пока жарился мой medium well**, я грызла хлебную палочку из корзины и придирчиво изучала интерьер.

— Шунечка! — прилетело из-за спины, и меня перекорежило так, что тмин с палочки застрял в горле.

Прокашлявшись, я обернулась, хотя могла и не оборачиваться, потому что Шунечкой меня мог назвать только Бунечка, он же Моня Шабуневич, антиквар и коллекционер, плейбой и бонвиван. А еще ходячая вики и лента ТАСС. Мы были знакомы с тех времен, когда я только открыла галерею.

— Можно присесть? — поинтересовался он и плюхнулся напротив, не дожидаясь ответа. — Ты одна? Или ждешь кого?

— Одна, Буня, — поморщилась я. — Я когда-нибудь уже просила не звать меня Шунечкой?

— Не помню, Ляксандра Викторовна, но как скажешь. Слушай, а чего твой-то учубучил? Можно? — Он утащил из корзины палочку с кориандром.

— Что именно?

— Палочку, — пояснил Буня, откусив половину.

— Учубучил что? Что имеешь в виду?

Внутренний страж насторожился, почуяв запах сплетни. Про Марго и развод? Или?..

Официант принес бутылочку воды, открыл и налил в бокал.

— Без газа, — уточнил он.

— Во-во, — Буня щелкнул ногтем по бутылке. — Без газа. А я про газ.

Как там Лика спросила? Что такого жирного прикупил папаша — не «Газпром» ли случаем?

— А у нас в квартире газ. А у вас? — Я отпила глоток. — А у нас подбили глаз. Смекаешь, Буня? Или говори, или проваливай.

— Так ты не в курсе?

— Я сижу, никого не трогаю, починяю примус***.

— Принесла одна птичечка на хвостике, что один опальный перец срочно скидывал жирный пакет одной перспективной газовой колонки.А Алик подхватил, но сделку поджали. Временно. Вы таки богатые люди, Шу… Санечка? Знаете прикуп?

«Вы»?

Буня, оказывается, и ты можешь быть иногда не в курсе чего-то? Ну все, пизда тебе, Олег Константинович. Сейчас мы это недоразумение исправим. Я, правда, хотела сначала деньги получить и заявление в загс подать, но и так тоже неплохо выйдет. Деньги все равно пополам делить, а галерею, если что, я отобью. Зато вирусная сплетня — это ценно.

— Видишь ли, Буня… — Я отпила глоток воды. Без газа. — С Аликом мы находимся в состоянии текущего развода, поскольку он попал на зубок к молоденькой хищнице. А сделку поджал, чтобы не делиться газовой колонкой. Но вот ведь незадача, тянуть с оформлением долго не получится, а разводиться, если умеючи, можно хоть три года. Или даже дольше. Смекаешь?

— А ты сурова, мать! — он посмотрел на меня с уважением. — Надо же, оказывается, и волчары на зубок попадаются.

— Да какой он волчара, Буня? Так, волчок серенький бочок. Был бы волчара — не попался бы. А она его пожует и выплюнет. Голого и босого. И ни хера не жалко.

— Резонно. Ладно, не буду мешать. Я тут с людями.

За дальним большим столом сидели какие-то респектабельные мужчины, к которым Буня и направился. Можно было не сомневаться, уже завтра весь наш круг будет в курсе, после чего приключится истерика Волкова. Потому что сделка либо отыграется назад, либо придется делиться.

Адреналинчик-с.

Измена, развод — ладно, дело житейское. Билетик без выигрыша. Еще неизвестно, кому повезло. Но вот такие сучьи вещи — это уже перебор. Это я просто так глотать не собиралась. И дело даже не в деньгах, хотя они лишними точно не были.