Онлайн книга «Енот-потаскун»
|
«Да», — говорил он, хотя я ничего еще не спрашивал. Да? Точно? Ну… почему бы и не да? Я наклонился и коснулся ее губ. Легко, едва-едва. И остановился в ожидании. Ее губы дрогнули, раскрылись навстречу. Я целовал ее, и они — мягкие, теплые — отвечали мне. Ее ладони легли на плечи, замерли, словно размышляя, не оттолкнуть ли, потом пальцы пробежали по шее, зарылись в волосы. Я обнял ее за талию, прижал к себе. Ее язык осторожной змейкой пробрался между губами, скользнулвнутрь, встретился с моим. Дыхание сбилось, сердце заполошно колотилось, сгоняя всю кровь ниже ватерлинии. Меня словно на две половины разорвало — как Тошка берет лист бумаги и осторожно раздирает пополам. Одна половина хотела ее. Это не было какое-то дикое неуправляемое «хочу», которое заводится с пол-оборота. Наоборот, желание нарастало медленно, плавно, как будто кто-то передвигал ползунок реостата. Я все сильнее прижимал ее к себе, вдыхая дурманящий запах кожи, который не забивали ни духи, ни прочая парфюмерия, и от него кружилась голова. Вторая половина жалобно скулила, сожалея, что получилось… как всегда. Хотя я на секунду понадеялся, что будет иначе. Да, можно было сделать вид, что ничего не заметил. Не понял ее взгляд. Но это уже не имело никакого значения. «Отклик от устройства получен…» Я мысленно прикрикнул на скулящую половину. Это просто еще одна не твоя женщина. Одна из многих. А пока… почему бы не взять то, что дают? То, что само идет в руки. Все будет — здесь и сейчас. Ко взаимному удовольствию. А что дальше — это уже неважно. Чуть отстранившись, я нащупал пуговицу на поясе ее джинсов, расстегнул. Наташа вздрогнула, замерла, затаила дыхание. Я медленно потянул вниз молнию, но она поймала мою руку, остановила. По правде, я даже не сообразил, в чем дело. Когда девушка так явно и откровенно дает понять, что не против, задний ход не воспринимается как «нет». Скорее, как игра. «Не так быстро, притормози». Хорошо, притормозим… слегка. Я оставил молнию в покое и начал расстегивать пуговицы ее кофты, скользя губами вслед за пальцами, от шеи к груди. Она отшатнулась, сделала шаг назад, и я, потеряв равновесие, невольно прижал ее к краю стола. А в следующую секунду у меня реально искры из глаз посыпались от боли. Большинство мужчин успевают впервые схлопотать по шарам еще в подростковом возрасте. Меня до сих пор обходило стороной, хотя и драки были, и в футбол играл — и в школе, и в колледже. Только по рассказам знал, что это «пиздецкакбольно». Но даже представить себе не мог, что настолько. А это ведь она меня еще не со всей дури коленом приложила, так, предупредительный выстрел. — Блядь! — процедил я сквозь стиснутые зубы. Не в ее адрес, а в качестве обезболивающего. — Блядей ищи в другом месте! — отрезала Наташа,отскочив в сторону и сощурившись, как разъяренная кошка. — Ты вообще нормальная? — поинтересовался я и тут же снова почувствовал резкую боль, на этот раз в щиколотке. — И ты, Брут? Я оторвал енота от своей ноги и поднял за загривок. Он смотрел на меня, вложив в этот взгляд всю мировую скорбь. «Ты же понимаешь, братан… Я бы никогда… Мы же еноты… Но ты же понимаешь, да?» Опустив его на пол с небольшим ускорением в сторону хозяйки, я посмотрел на щиколотку, где красовались несколько кровоточащих точек. |