Книга Дочь алхимика на службе у (лже)дракона, страница 44 – Яна Смолина

– Я обещаю сделать всё, что в моих силах, – ответила Калли, растеряв уверенность. К подобному она не была готова.

Они ввалились в покои правителя, сшибая друг друга с ног. Оглядевшись, парень с девушкой уставились на открывшуюся их взорам картину скорби. По полу до кровати Гафура Савлия тянулась алая дорожка, сам правитель лежал на постели без сознания, Лейс стоял здесь же на коленях возле ложаотца и с волнением всматривался в безжизненные черты.

Увидев, кто пришёл, Савлий младший вернул своему красивому лицу гневное выражение. Калли поймала себя на мысли, что вполне уже привыкла к такой реакции на себя.

– Ты ищешь смерти, нечестивая девка! – рявкнул он. – Как смела ты явиться сюда?!

Слуга не дал ему вынуть саблю из ножен. Он кинулся вперёд и падая на колени перед наследником, взмолился:

– Эфенди! О, светлейший принц, да хранят боги вас и всю вашу семью! Эта саифа – врач. Так сказал придворный Табиб!

Юноша благоговейно расправил листок с каракулями Олгаса перед Лейсом. Тот выхватил записку и пробежав глазами, медленно смял в руке, посылая при этом многообещающий взгляд несчастной Каллиопе, которая стояла в дверях, прикрываясь чемоданом.

– В своём ли уме этот сумасшедший дед? – процедил наследник сквозь зубы.

– Эфенди, – почти простонал слуга, – позвольте ей подойти. У нас нет другого выбора.

Лейс хорошо знал слугу своего отца, который любил старика как родного. В замке подобным искренним отношением к правящей семье мало кто отличался, а потому будь на месте парня кто-то другой, Лейс не помедлил бы излить на него свою злобу. Глядя на скорбное лицо юноши, готового заплакать как дитя, он смягчился, со звоном заправляя саблю в ножны.

– Ты отвечаешь за его жизнь головой, Каллиопа. Если от твоего лечения он умрёт, ты отправишься следом.

Каллиопа глядела на своего палача бледная как мел. В зелёных глазах после слов принца застыл ужас. При таких условиях работать было тяжело, но видя состояние правителя, девушка решила не терять даром времени. Ей вдруг стало почти безразлично, что сделает с ней Лейс, пусть даже убьёт – тем самым закончит её бесконечные мучения в этом чуждом ей месте, где приходилось познавать основы жизни среди людей с нуля, через страх и боль.

Она прошагала к постели, стараясь не смотреть на наследника.

– Вы не помните, за какое место он держался, когда кричал от боли? – спросила Каллиопа, обращаясь к слуге.

Только теперь юноша подскочил с пола и подойдя к ней, попытался изобразить, как корчился правитель и за что при этом хватался. Кивнув ему, Калли на минуту приложила палец к запястью старика, после чего принялась ощупывать его живот. Долго искать не пришлось. Ужаснувшись своей находке, девушка попросилапринести чистую воду, таз и полотенца. Когда всё было сделано, Калли снова заговорила со слугой.

– Мне понадобится ваша помощь.

– Да, конечно, что угодно! – с горячностью произнёс парень.

– Вы сказали, что правитель недавно пообедал.

– Так и есть.

– Это хорошо. Нужно вызвать рвоту. В животе находится что-то, что свободно передвигается. Это точно не еда и не опухоль, и я почти уверена, что бы это ни было, ему там не место. Прошу, возьмите его так, чтобы верхняя часть тела свешивалась с кровати. Хорошо. Просто держите его, а я сделаю остальное.

– Что происходит?! – рявкнул Лейс, которому надоело наблюдать эту возню. – Не лучше ли тебе прекратить разом и свои мучения, и мучения моего отца? – он вознамерился было шагнуть в сторону неуклюжей композиции из человеческих тел. В следующую секунду поток непереваренной пищи под сильным напором хлынул из нутра Гафура прямиком в подставленный на полу таз. Лейс замер от неожиданности. Потоки повторились ещё пару раз, после чего изрядно запачканная Каллиопа, наконец, отстранилась от своего пациента и выпрямилась, вытирая руку. Она с недоумением уставилась на содержимое таза. Судя по всему, оно вызывало в тот момент куда больший интерес, чем угрозы принца. Слуга, проследив за её взглядом, ахнул.