Книга Развод. Цена моего прощения, страница 42 – Чарли Ви

— Я не унижал тебя перед всеми. Меня слышал только твой закадычный друг. И сказанное было адресовано только ему.

— Это мой бывший одноклассник. И мы не виделись с ним лет семь. А ты выставил меня шлюхой. Тебе ли не знать после всего, что ты видел, какого он был обо мне мнения, когда мы учились… — к своему ужасу, понимаю, что реву. Щёки мокрые от слёз. И не могу остановиться. — Ты монстр. Тебе нравится издеваться надо мной. Нравится, когда мне больно. Это ненормальное поведение Кирилл. Так поступают только садисты.

Он хочет обнять меня, но я снова делаю шаг назад.

— Мне неприятны твои прикосновения.

— С каких пор?

— С тех самых, когда ты всё разрушил.

— И что же я разрушил?

Я готова зарычать от его тупости. Бесит!

— Всё — наши отношения, нашу семью, чувства.

Снова шагает ко мне, а я упираюсь в стену.

— Мне кажется, у тебя слишком бурная фантазия. Оттого что я сказал этому придурку, что ты моя, конец света не случился. Между нами всё та же страсть. Разве нет?

Кирилл отводит мои руки назад с лёгкостью, даже не обращая внимания на мои попытки оттолкнуть его. Прихватывает сосок пальцами и трёт его между ними. Волна жара тут же проносится по моему телу, которое совершенно перестало подчиняться мозгу.

— Я не хочу тебя, — злобно цежу сквозь зубы.

— А, мне кажется, ты врёшь.

Он подхватывает меня на руки и несёт к кровати.

— Я не буду с тобой спать! — почти кричу на него. — Не буду. Слышишь? Ты меня обидел.

— Неужели тебе так дорого его мнение о тебе?

— Нет. Просто…

Кирилл аккуратно укладывает меня на кровать и тянется трусикам.

— Нет.

Вцепляюсь в них мёртвой хваткой, не желая ему подчиняться.

— Тогда уже просто забудь.

— Ты меня обидел своими словами! — не сдаюсь я.

— Ты хочешь, чтобы я признал свою вину?

— Да!

— Хорошо. Я немного перегнул палку. Но ты так мило беседовала с ним, что я вспылил.

— Это не оправдание.

Кирилл снимает с себя пиджак. Снимает запонки с рубашки, расстёгивает её, оголяя слегка волосатую мощную грудь. Слежу за его движениями, словно фильм смотрю с участием красивого актёра.

Любая моя попытка встать или отодвинуться пресекается. Кирилл, подтягивает меня к себе за лодыжку. Играет со мной, как кот с мышкой.

— Я не буду с тобой заниматься сексом, — снова повторяю я. — Отпусти меня сейчас же.

— Нет.

Он стоит передо мной уже в одних боксерах, встаёт коленом на кровать, наклоняется, упираясь руками в постель.

— А после меня к Наташе пойдёшь? И тебе даже не стыдно?

— Откуда такие мысли?

Он наклоняется ещё ниже, прикасаясь губами к моей шее. Целует, прикусывает кожу слегка, перемещается к местечку за ухом. Я уже и не помню, о чём он спросил меня.

— тебе Наташа что-то сказала? — переспрашивает Кирилл, обдавая кожу горячим дыханием. Соски так напряжены, что даже больно.

— Да. Она разговаривала с тобой в туалете, — с трудом концентрирую мысли и выдыхаю, потому что губы Кирилла добрались до ключицы.

— Вот шалашовка хренова. Завтра я с ней поговорю.

— Так значит ты с ней не договаривался?

— Нет.

Кирилл проводит языком по коже от ключицы до соска, и я вздрагиваю всем телом.

— Даже не представляю, как ты собираешься доказывать, что не хочешь меня.

Сама не представляю. Злюсь на себя, но ничего не поделать с собой не могу. Он ловко тянет трусики вниз, ложится на мои ноги. Я чувствую, как его член пульсирует и прижимается к моей ноге.