Книга Развод. Цена моего прощения, страница 41 – Чарли Ви

Он не произносит больше ни слова. А когда приезжаем домой, и я пытаюсь проскользнуть мимо, чтобы спрятаться в своей комнате, Кир ловит мою руку и не пускает.

— Успокоилась?

— Неужели ты думаешь, что после того, что ты выкинул, мне хватит полчаса, чтобы успокоиться? Не думала, что ты такой дурак.

— Не надо было меня провоцировать, — отвечает Кирилл, не глядя на меня, и тянет вверх по ступеням.

— Я? Я провоцировала? Когда? Что я сделала?

— Когда любезничала с ним.

Я упираюсь, не хочу идти в его комнату. Не хочу его и не хочу, чтобы он меня трогал.

— Не упирайся. Ты делаешь только хуже.

— Трахай свою Наташу. А меня оставь в покое, раз ты считаешь, что я недостойна доверия. Да отпусти ты меня в конце концов.

Упираюсь ногами в ступень и со всей злостью, какая есть в душе, смотрю на него.

— Нет никакой Наташи больше. Есть только ты. И пока я не перестану хотеть тебя, ты будешь спать в моей постели. Поняла? — рявкает он меня.

И я застываю от страха, таким бешенством сейчас горят его глаза.

— Мне надоели твои истерики. Я не сказал ничего ужасного. Это была правда. Я тебя купил. Ты моя. И ты не смеешь общаться с другими мужчинами. Не смеешь уходить от меня.

— Я не твоя собственность. Я человек! И насильно ты не заставишь себя любить.

— Мне и не нужна твоя любовь. Только тело.

Подхватывает меня на руки и несёт в спальню.

— Если ты не забыла, в последний раз, когда я тебя трахал — ты визжала от удовольствия. Напомнить?

Ставит меня на пол и сдёргивает свой пиджак с моих плеч. Я прикрываю грудь, приподнимаю оборванный лиф.

Там на улице я не боялась его. Сейчас же мне страшно.

В комнате темно, он нависает надо мной. А я даже не знаю как себя защитить.

— Посмотрина меня, — приказывает Кирилл уже спокойным голосом.

Но я упрямо смотрю в пол. Не хочу его слушаться, не хочу отдавать себя ему в руки. Если возьмёт, то точно не по моей доброй воли.

Жёсткие пальцы дёргают меня за подбородок, заставляя поднять голову.

— Ты слышишь меня?

— Нет. Можешь избить меня, можешь насиловать, я больше не собираюсь подчиняться тебе.

— Ты уверена?

— Да.

Его рука поднимается к моему правому плечу, рывок и последняя бретелька порвана. Платье жидким облаком ложится к моим ногам. Я стою перед ним лишь обнажённая. Он обнимает за талию и притягивает к себе.

— Я сделаю так, что ты будешь молить меня.

— Нет.

Пусть я и раздета, но сейчас я чувствую себя намного увереннее, чем пару месяцев назад.

— Никогда не буду. Если ты думал, что мне нужны твои деньги, то ты ошибаешься. И я не позволю тебе больше говорить всем, что купил меня. Я заработаю эти деньги и отдам. Тогда ты меня отпустишь?

Смотрю в его глаза. Взгляд не опускаю.

Мне не видно его лица из-за темноты вокруг нас, но мне хочется верить, что он хотя бы задумался.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты моя жена. И мне это чертовски нравится.

— А как же твоя помощница Наташа? Почему ты можешь мне изменять? Ты назначаешь ей ночью встречу, а мне предъявляешь за обычный разговор с другим мужчиной. Это несправедливо!

Меня трясёт. Потряхивает крупной дрожью. Я обхватываю себе руками, пытаюсь успокоиться.

— Что за ерунду ты несёшь? Тебе во сне приснилось?

Он подходит ко мне и начинает растирать предплечья.

Не вяжется у меня в голове его забота с недавним унижением.

— Не трогай меня, — отступаю назад. — Ты думаешь, можешь сначала унизить меня перед всеми, а потом просто подойти и сделать вид, что ничего не было? Нет, Кирилл. Так не получится. У меня память не как у рыбки Дори тридцать секунд.