Книга Бывшие. Правило трёх «Н», страница 31 – Чарли Ви

Встал, не глядя на закрытую дверь гостиной. Она там, на диване. Всю ночь ворочалась, слышал сквозь стену. Женская логика — готова была на коленях ползать, лишь бы найти брата, но спать в одной кровати с бывшим мужем — перебор. Хотя после вчерашнего в купе... Чёрт с ней. Не до сантиментов.

Размялся, сделал короткую, но жёсткую зарядку, пока мышцы не наполнились привычным жаром, а голова не прочистилась. Концентрация. Сейчас это было главным. Включил кофеварку, стоявшую в номере. Глянул на Леру. Она спала. Пусть поспит, пока есть возможность. День предстоял долгий.

Она проснулась, когда я уже допивал вторую чашку. Бледная, под глазами синяки. Измотана, как после многодневного перехода. Встретились взглядами — она сразу отвела глаза. Натянуто поздоровалась. Я кивнул в ответ. Ни к чему лишние слова. И без того всё ясно.

Поехали в окружную больницу. Машина та же, водитель — парень старательный, молчаливый. В салоне — гробовая тишина. Лера сидела, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрела на проплывающие мимо унылые панельные кварталы. Я изучал на планшете карту, прокручивая в голове все версии. Картина не складывалась. Парень — не дебошир, не пьяница, не игрок. Даже просрочек по кредитам не было. Рабочая лошадка. Исчез — будто сквозь землю провалился.

— Денис? Её голос, тихий и хриплый, выдернул меня из раздумий. — А? — Я не понимаю. Почему мы ищем его здесь, в Нягани? Он пропал из поезда. Где-то между городами. Почему не ищем там?

Вопрос был закономерный. Для гражданского. Я отложил планшет, развернулся к ней, чтобы объяснить.

— Слушай внимательно, — начал я ровным тоном, каким обычно ставлю задачи подчинённым. — Если человека находят — неважно, в каком он состоянии, жив или мёртв — его первым делом доставляют в ближайший крупный населённый пункт по маршруту. Для опознания, оказания помощи, оформления. По пути «Нягань-Омск» таким пунктом является Нягань. Здесь центральная больница, морг, отделполиции. Неизвестно, где он именно он пропал, поэтому приходится прорабатывать все варианты.

Она смотрела на меня, в её глазах медленно появлялось понимание

— Так же мы отрабатываем другие версии, — продолжил я. — По всему маршруту: Называевск, Тюкалинск, Тобольск, Ханты-Мансийск. Там работают мои люди, коллеги из других регионов. Они проверяют все больницы, морги, отделения. Каждого поступившего без документов. Это рутина.

— Я же приехал сюда, потому что нужно найти причину. Почему Матвей исчез? Что случилось до того, как он сел в поезд? Может, его отсюда вынесли вперёд ногами ещё до отправления? Или он сам сбежал, почуяв опасность? Начальник, долги, криминал — я проверяю все версии. Здесь нужно копать. А там, — я махнул рукой в сторону окна, — только следствие. Я должен найти корень проблемы. Иначе мы так и будем бегать по кругу.

Она замолчала, переваривая информацию. Видно было, как ей тяжело. Всё это — морги, версии, оперативная работа — было для неё чужим, враждебным миром. Миром, в котором я жил.

В больнице нас ждал ещё один провал. Ни в одном отделении, ни в реанимации, ни среди поступивших за последнюю неделю мужчины по фамилии Чернов или похожего по описанию не оказалось. Дежурный врач, пожилая, уставшая женщина, лишь разводила руками — нет, не было.

Мы вышли на крыльцо. Утро было серым, холодным, давило на плечи. Я закурил, давая ей время прийти в себя. В голове назойливо стучало: тупик. Все нитки обрывались. Начальник Касьянов — откровенная шестёрка, жадная сволочь, но не убийца. Я давил на него вчера по-серьёзному — тот дрожал, но ни намёка на то, что парня «заказали».