Книга Измена. Хочу тебя разлюбить, страница 71 – Чарли Ви

* * *

Как и договорились, всю неделю мы не вспоминали этот разговор. Избегали любого упоминания его бывших любовниц. Кристина, даже если что-то ещё и писала, то Глеб благоразумно молчал, не пробуждая во мне старых демонов ревности.

Мы побывали во всех уголках Охрида, прошли его вдоль и поперёк, катались на яхте по озеру, ездили на экскурсию в другие близлежащие города. Все семь дней были наполнены радостью, удовольствием и любовью. В постели Глеб был как никогда нежен. За полтора месяца замужества я словно выросла из девочки-подростка во взрослую женщину. Теперь я не стеснялась своего тела, порой позволяя себе прогуливаться по номеру обнажённой. Мне нравилось ловить на себе восхищённый взгляд Глеба, нравилось, как он набрасывался на меня каждый раз, словно впервые. И совсем не ожидала от себя, что мне понравится ласкать его. Видеть довольное лицо Глеба было так же приятно, как и самой получать удовольствие.

Даже сейчас, вспоминая ночь, и то, как я бессовестно себя вела, щёки вспыхнули, а внизу живота сладко заныло. Я сидела на низком диванчике в местном ресторане и рассеянно слушала живую ненавязчивую музыку. Глеб сидел рядом и обнимал меня за талию. Горячая мелодия наполненная страстными аккордами гитары, пробуждала и оживляла сокровенные мысли, запрятанные в самую глубь. Это был последний вечер перед отъездом. Было немного грустно, но при этом, мне не терпелось поскорее вернуться домой. Я соскучилась по русскому языку, по родным запахам вечно суетящегося большого города. Я чувствовала себя отдохнувшей, полной сил и идей. Мне не терпелось поскорее приступить к учёбе. Глеб предложил мне поступить в университет, чтобы осуществить мою давнюю мечту, на тот факультет, который я сама выберу. И я выбрала направление ландшафтный дизайн. Насчёт поступления Глеб сказал не беспокоиться, он всё решит.

Это был новый этап моейжизни: яркий, вкусный и наполненный любовью настолько, насколько я могла только мечтать.

— Надеюсь, мы не будем вновь вооружаться, когда приедем домой, — шепнул мне ушко Глеб, словно прочитал мои мысли.

— Не хотелось бы.

Я улыбнулась, а его пальцы нежно скользнули по шее.

— Чувствую себя плохой дочерью. Я уже неделю не звонила маме.

— Я думаю, она не обидится. Завтра прилетим и съездим.

— Она-то не обидится, а я всё равно не могу забыть об этом. И когда звоню, тоже не знаю, что спрашивать и что говорить. То есть знаю, но хотелось бы с ней поговорить, а не с её сиделкой.

— Всё будет. Не переживай. Может, в номер поднимемся?

— Не хочу. Я бы лучше прогулялась по берегу озера.

— Пошли.

Ресторанчик располагался рядом с берегом. Мы дошли до озера и, свернув налево, пошли вдоль берега, обыскивая взглядом, место, где можно было подойти к воде поближе.

Почти полная луна отражалась блестящей дорожкой в водной глади. Мы подошли к лестнице ведущей на пляж. Берег был сплошь покрыт маленькими камешками, я скинула сандалии и пошла босыми ногами.

— Здесь очень красиво, — заметила я.

Тёплая вода ласково лизнула мои ступни, и мне захотелось искупаться. Я скинула лёгкий сарафан, оставшись в нижнем белье, и зашла глубже, здесь вода уже была прохладной.

Глеб скинул футболку и шорты, и последовал за мной.

— Ты похожа на русалку.

Глеб обнял меня и поцеловал со всей страстью, на которую бы способен.