Книга Измена. Хочу тебя разлюбить, страница 70 – Чарли Ви

— В Европе страны маленькие, а города как маленькие цивилизованные деревни.

— Ну да. Не то что у нас. Я бы много где хотела побывать в России, но не могла себе позволить ехать в поезде несколько дней. Да и билеты дорого обходятся.

— Сейчас ты со мной. Тебе не надо беспокоиться о деньгах и дороге. Всегда можно сесть на самолёт.

— Да. В такие моменты я действительно начинаю ценить достаток.

Глеб приобнял меня, поддерживая на склоне. Хоть он плавно поднимался ввысь, идти всё же было не так легко.

— Да и вообще, я поняла одно, пусть хоть сколько говорят, что счастье не в деньгах, но и без денег счастья нет.

— Не пугай меня, неужели моя добродушная София превращается в меркантильную Софу?

— Я не меркантильная, всего лишь поняла, что быть богатой это здорово. Ты свободен делать всё что хочешь, захотел — полетел в Австралию, а захотел магазин, открыл. Деньги — это свобода.

— Да, ты права. Но чтобы они не переводились их надо уметь зарабатывать и правильно ими распоряжаться. И дело это должно быть тебе по душе, а иначе вся жизнь пройдёт в страданиях оттого, что тебе надо идти на работу, а ты не хочешь. И неважно сколько будут тебе за это платить.

Я посмотрела на Глеба, ожидая увидеть улыбку, но он говорил серьёзно.

— Вот ты бы чем хотела заниматься всю жизнь и была бы от этого счастлива?

— Сложный вопрос… раньше всегда мечтала путешествовать, но сейчас понимаю, что, скорее всего, от деревенской статичности. Сейчас же… Я люблю цветы, мне нравится запах сырой рыхлой земли и как её комья крошатся в руках. Люблю возиться в саду. Может мне садовником пойти к тебе? — я рассмеялась над собственной шуткой, но Глеб всё так же был серьёзен.

Мы уже добрались до стен крепости и я как завороженная смотрела по сторонам, пытаясь прикинутьпротяжённость стен.

— Работать садовником ты могла бы пойти лет в восемнадцать, но сейчас тебе уже двадцать два и плюс ты вышла замуж за состоятельного мужчину, значит, можешь перескочить сразу несколько ступеней и стать хозяйкой собственного цветочного магазина, например, или питомника.

— Я хозяйка? Да меня никто слушаться не будет.

— Это тебе так, кажется.

Мы поднялись по узким ступеням на стену и перед нами открылся невероятный вид на Охридское озеро и сам город. Закатное небо переливалось яркими красками от оранжевого до пурпурного, отражаясь в водной глади. А маленькие домики выглядели совсем игрушечными.

— Как красиво, — прошептала я.

Мы стояли с Глебом на стене крепости. Я прижималась спиной к его груди и чувствовала его жар даже сквозь ткань.

— Я бы хотела запомнить этот момент на всю жизнь.

Глеб достал телефон и сфотографировал нас на фоне заходящего солнца. Я была немного растрёпана с розовым, обгоревшим носом. Глеб же выглядел, как всегда, идеально.

— Скинь мне на телефон, — попросила я.

— Уже скинул, — поцеловал моё плечо, отчего дрожь скользнула по позвоночнику. — Ну так что? Хозяйкой чего ты хотела бы стать?

— Мне никогда не нравилась торговля.

Глеб усмехнулся.

— И это я слышу от человека, который работал продавцом.

— А что ты хотел? Посёлок маленький, выбор работы ограничен. И продавцы всегда хорошо получали… во всяком случае больше, чем техничка или библиотекарь.

— Я знаю, малыш. Знаю.

Солнце уже склонилось за горизонт и мы, не дожидаясь пока совсем не стемнело, спустились со стены крепости.