Книга Бывшие. Папина копия, страница 42 – Чарли Ви, Ульяна Краш

Начитавшись сказок, Алёна крепко уснула, обнимая меня. Мы раньше часто так лежали, обнявшись, и сейчас она как будто расслабилась. Я и сама рядом с ней почувствовала себя живее. В больнице голову одолевали мысли, как дальше жить? Сейчас же уже не казалось всё таким страшным. Ради своего ребёнка я готова была бороться и ходить по инстанциям, добиваясь возмещения ущерба.

Я бы так и лежала с ней, если бы не малая нужда. Выбралась осторожно, сходила в туалет, в квартире было и темно. За окном уже включились фонари. Заглянула в зал.

Там горел лишь торшер, отбрасывая мягкий свет на большую комнату. Артём сидел в глубоком кресле, откинув голову на спинку. Его лицо было уставшим, а нога лежала на пуфике.

Услышав мои шаги, он открыл глаза. В его взгляде мелькнул немой вопрос.

— Нет, ничего, — быстро проговорила я, чувствуя неловкость. — Всё хорошо. Ты... устал?

Он тяжело вздохнул и потёр ладонью колено. — Да нет... Нога просто ноет. Погода меняется.

Желание помочь, отблагодарить его за всё, что он сделал для Алёнки, пересилило смущение.

— Давай разотру, — предложила я, делая шаг вперёд.

Он покачал головой, пытаясь отшутиться: — Ничего, пройдёт. Не стоит беспокоиться.

— Артём, не упрямься.

Я подошла к креслу и, не дав ему опомниться, решительно задрала штанину его спортивных брюк. И застыла, не в силах сдержать вздох. Нога... она была вся в шрамах. Глубоких, бугристых, багрово-синюшных, пересекавших кожу от щиколотки почти до самого колена. Казалось, её как будто кто-торвал клыками, а потом кое-как собрал по кускам.

— Это что? — прошептала я, не в силах отвести взгляд. — Оттуда?

Он лишь молча кивнул, смотря куда-то в сторону. Я сглотнула ком в горле. В голове пронеслись обрывки воспоминаний — его скупые письма в последние месяцы службы, потом внезапное молчание... И я думала, что он просто нашёл другую. А он...

Я сделала глубокий вдох, заставляя голос звучать твёрдо. — У тебя водка есть?

Он удивлённо посмотрел на меня. — Нет. Только коньяк.

— Где? Он молча кивнул в сторону стеллажа с книгами. Я нашла там полупустую бутылку дорогого коньяка. Вернувшись, я сказала как можно строже: — Снимай штаны.

В его глазах вспыхнула улыбка, смешанная с удивлением. — Я смотрю, ты основательно решила взяться за моё лечение, — он усмехнулся.

— Так удобнее, а то... — я начала объяснять, но в этот момент он без лишних слов поднялся с кресла.

Я замерла. Он расстегнул штаны и одним движением стянул их с бёдер. Мой взгляд самопроизвольно скользнул вниз, на обтягивающие боксеры, на мужское достоинство, которое выделялось под тканью. Артём итак был красивым мужчиной, но почему-то именно сейчас я отчётливо это поняла. На щеках вспыхнул настоящий пожар, когда я представила его без...но тут же отбросила этот образ. Нужно было отвернуться, но я не смогла. Он сел обратно в кресло с таким спокойствием, будто происходящее было абсолютно естественным.

И мой взгляд скользнул ниже на его ногу. Теперь я видела всё. Уродливые, перекрученные шрамы охватывали ногу со всех сторон, уходя под край боксеров. Я даже представить не могла, какая ужасная рана была здесь когда-то. И какую боль, физическую и моральную, он должен был пережить. Одна мысль об этом заставляла сжиматься сердце.

Я налила коньяк в ладонь. Резкий запах ударил в нос. Растёрла его между ладонями, чувствуя, как пальцы предательски дрожат. Потом осторожно прикоснулась к его шрамам.