Книга Он мой Июль, страница 16 – Евгения Ник

А он? Как будто в туалет зашёл. Дело сделал, штаны подтянул, вышел, и всё.

Подхожу к зеркалу и смотрю на себя. Да я лучшая версия себя! Как так?..

Хватаю с тумбочки телефон, сажусь на край дивана, открываю камеру, поправляю волосы и делаю снимок. Потом второй. Потом видео.

Не знаю зачем, но придумываю, что иду сегодня в «супер» заведение. Почему-то кажется, что Илья следит за моей страничкой. Дурочка, знаю. Такие, как мы, не занимаются этим. В смысле — не испытываем симпатии к кому-либо по-настоящему. Это просто я… немного бракованная.

Выдыхаю. Открываю контакты и набираю самый родной.

— Тёть Лесь, привет.

— О, вертихвостка моя объявилась! Ну и? Чего звоним? Если вспомнила тётку, значит, какая-то задница приключилась, — хмыкает она.

— Ну чего начинаете-то? Я ж просто… соскучилась.

— Да как же… — бубнит с обидой.

— Я заеду в гости? — добавляю в голос мёда. — Могу тортик привезти, роллы… пиццу…

— Ну конечно, мне с моим весом только пиццу и жрать, — возмущается со смешком. — Роллы вези. И тот грушевый сидр, что ты брала мне как-то.

Улыбаюсь, встаю и прямой наводкой к шкафу.

— Через полчасика буду.

— Жду.

Прощаюсь и швыряю телефон на кровать. Вот и всё. Проблем-то. Ещё я сопли не пускала по какому-то эскортнику, у которого член, уже как «собачка Павлова» реагирует на женское тело и неважно, кто перед ним. Да-да… уверена в этом. Поэтому не стоит строить иллюзии на его счёт.

Накидываю на себя футболку оверсайз и джинсовые шорты. Обожаюдни, когда я могу не следить за тем, что на мне надето. Режим «соблазнения» сегодня выключен.

К тёте Лесе приезжаю через сорок минут. Она встречает меня в трикотажном халате на молнии. Как обычно, на её лице выражение, которое я называю «подозревака».

— Танька, ты точно не в проститутках у меня?

— Ну началось, — закатываю глаза к потолку. — Нет, нет и ещё раз нет, — отвечаю безапелляционным тоном, но внутри каждый раз скребёт от её слов.

— И всё же, ты вляпалась во что-то, да?

— Да не вляпалась я, — машу рукой, — Просто встретила очередного идиота, у которого слишком завышенная самооценка.

— Ах, вот оно как, — прищуривается.

Проходим на кухню. Ставлю пакет на стол и вытаскиваю сидр.

— Наливать?

Она кивает, и пока я разливаю по бокалам, закидывает первую фразу:

— И что, трахнул и свалил?

Каждый раз ловлю шок от её прямолинейности и простоты. Медленно оборачиваюсь через плечо и сверлю тетку взглядом.

— Допустим, — двигаю бокал в ее сторону.

— Знаешь, что я скажу? — отхлёбывает. — Нормальный мужик всегда остаётся на завтрак. Раз свалил, значит, и гроша ломаного не стоит, — говорит она, закидывая себе в рот ролл, даже не макнув его в соевый соус. — Слушай, а может он того… узнал, что ты мужиков обманываешь?

— Тёть Лесь, да кого я обманываю? Они сами, добровольно приглашают меня на свидания, дарят подарки. Я ни к кому в карман не лезу. Поверь, мои ручки чисты.

— Ведьма ты, Танька. Это же магия так мужиков охмурять, что они сами готовы все выложить, ещё и счастливыми остаются, что ты с ними просто пообщалась, погуляла.

Пожимаю плечами. Ведьма так ведьма.

— Но моё мнение ты знаешь. Ох, сколько мы скандалили, сколько я тебя в комнате запирала, а ты всё равно по мужикам прыгаешь. Как родная мать, итить тебя! Сдохну, наверное, раньше времени, пока ты всех своих х*есосов перепробуешь!