Книга Бывший. Спаси нашего сына, страница 54 – Ева Кострова

Разве что раз и навсегда избавиться от предателей, стоявших всего в нескольких шагах.

Тигровский явно собирался подойти, его мощная фигура качнулась вперед, но он тут же замер, словно наткнувшись на невидимую ледяную стену моего взгляда. В его глазах металась такая гамма чувств, что мне стало почти физически душно.

Яна тоже притихла, но лишь на секунду. Слегка споткнувшись на неровном асфальте, подруга бросилась ко мне, громко стуча шпильками своих вызывающе красных сапожек.

— Ира! — Она налетела, как яркий, пахнущий дорогим парфюмом ураган, обхватила меня за плечи и внезапно разревелась прямо в моё плечо. — Ирка, как ты могла без меня сунуться к этому уроду?! Почему не сказала? Я бы сразу прилетела, мы бы вместе его укокошили! Я бы сама Алёшку спрятала...

Подруга сыпала нелепыми, путаными претензиями, размазывая тушь по щекам. Она обнимала меня с одной стороны, с другой ко мне мертвой хваткой прижимался сынок, а Тигровский так и стоял напротив, глядя на нас взглядом побитой собаки, которая не смеет подойти к хозяину.

Мне даже показалось, что он тоже хочет быть в этом кругу, хочет обнимать нас с сыном, прижиматься и защищать, но я быстро прогнала эти мысли прочь, как назойливых мух. У него есть Яна. Красивая, преданная, яркая. И я никогда не встану между ними, чего бы мне это ни стоило.

Всё было «просто» — так я убеждала себя. Я люблю их обоих.

Её — как лучшую подругу, как сестру, которая не бросила моего сына. А его... кажется, я и не переставала любить его все эти долгие, мучительные годы, как бы ни пыталась вырвать это чувство с корнем.

— Скорее в машину! Андрей, не стой как памятник! Иришке нельзя на сквозняке находиться, она же прозрачная вся! — Яна первая взяла себя в руки, властно командуя парадом.

Стоило ей это сказать, как в движение пришли все. Тигровский, словно получив долгожданное разрешение, бросился к машине и одним рывком распахнул передо мной переднюю дверь.

Алёшка, не желая отпускать мою руку ни на секунду, тут же потянулменя за отцом, а Яна на мгновение замешкалась, глядя на нас со стороны странным, нечитаемым взглядом.

— Мам, поехали, я кушать хочу, — проканючил Алёшка, дергая меня за край куртки, и я словно очнулась от тяжелого оцепенения.

Реальность обрушилась на меня лавиной бытовых проблем. У меня в квартире наверняка не было даже хлеба, а если и был, то за это время он безнадежно превратился в камень. Но это было не самое паршивое.

Хуже всего то, что ключи остались где-то там, в доме отца, или затерялись в суматохе операции. Да и не факт, что Яна теперь оставит меня там жить. Ведь у неё, судя по всему, началась «новая-старая» жизнь с Андреем.

Стоило мне вспомнить о подруге, как за спиной послышалась возня, возмущенное шипение и следом сочные, раскатистые ругательства моего «любимого» хирурга.

— Куда такие ходули нацепила?! Все ноги мне отоптала! — прорычал Антон Сергеевич, едва не столкнувшись с Яной. — А ну, отойди, пока я тебе плоскостопие в полевых условиях не вправил!

— Чего?! — Яна, не привыкшая к подобному тону, мгновенно вспыхнула. Она обернулась дикой фурией, наступая на еще не понявшего масштаб своего бедствия врача. — Ты кого плоскостопой назвал, хамло лесное? Думаешь, халатик напялил и всё можно, морда ты санитарская?!

Лицо хирурга, привыкшего к благоговейному трепету пациентов и медсестер, вытянулось. Он явно не ожидал, что эта хрупкая на вид девица в ярко-красных сапожках на шпильке пойдет на него в лобовую атаку.