Книга Бывшие. Попробуй нас вернуть, страница 24 – Галина Колоскова

Иду следом за Фролом. Сегодня впервые видела его слёзы. Не могу сама от себя скрывать, тронута до глубины души. Понимаю, что сын для него не игрушка престижа. Он любит его не меньше моего, хоть знаком всего несколько дней.

Фрол бережно несёт Никиту в дом, приговаривая, обещая:

— Всё позади. Не бойся. Папа с мамой больше никому не позволят тебя обидеть.

Пережитое нагоняет паранойю. Несколько раз оглядываюсь на полуразрушенный дом на холме. Пустые глазницы оконных проёмов, как надзиратели следят за всеми с высоты.

Передёргиваю плечами, словно сбрасывая невидимый взгляд со спины.

В этот момент понимаю — Зина права. Пора что-то кардинально менять в жизни.

Я сделала для посёлка всё, что могла. Каждый год занималась решением его проблем. Среди прочего выбила электричество в отдалённые дома, добилась ремонта дороги, школы. Отстояла землю перед Злобиным. Большего не могу.

Не имею права рисковать самым дорогим для меня — своим ребёнком. Один раз избежали беды, но второй раз может так не повезти.

Нужно взвесить все за и против. Выбрать меньшее из двух зол.

Гляжу на Фрола. Он аккуратно укладывает Никиту на диван, поправляет подушку под его головой, и сознаю — передо мной вовсе не зло.

— Воду нагрела?

Киваю. Он оценивающе смотрит на мои руки. Видно не внушают доверия дрожащие пальцы. Принимает решение:

— Я сам его выкупаю, Нужна мазь обработать ранки, особенно ножку. Фельдшер дал, но…

— У меняесть левомеколь. Отлично заживляет. — Смотрю на след от кандалов и прикрываю рот ладонью, чтоб не закричать.

Душу раздирает невыносимая боль за ребёнка и страх. Какая тварь могла это сделать? Сколько пришлось Никитке вынести? Сколько потребуется времени, чтобы он смог всё забыть?

Фрол мягко отодвигает меня.

— Я сделаю всё сам!

Полчаса и сын чистый с обработанными ранками лежит под тёплым пледом. Уверенные сильные руки Фрола могут быть очень нежными.

Он изменился за эти годы. Повзрослел не только внешне: в его движениях появилась уверенность, во взгляде — спокойная твёрдость. Я наблюдала все дни: как он играет с Никитой, как разговаривает со мной, как общается с рабочими.

От сына Фрол не откажется никогда, это ясно как день. И прятаться от него бесполезно — он найдёт нас снова. Да и зачем?

Каждую ночь, лёжа в одиночестве, я ощущаю его присутствие через стену. Борюсь с собой, чувствуя, что тело помнит его прикосновения. Кожа горит под его взглядом и предательски учащается пульс, если он случайно касается моей руки.

Мы знаем друг друга до мелочей — каждую родинку, каждый шрам, все изгибы тел. Фрол всегда защищал меня — и тогда, в прошлой жизни, и сейчас, когда бросил всё, чтобы найти нашего сына.

Злобин сломает о него зубы, я знаю. Но сколько ещё таких негодяев встретится на нашем пути? Фрол рядом — это надёжное плечо. Крепкие руки, которые не дадут упасть.

Ничего невозможно забыть! И предательство тоже. Время сглаживает, но не стирает из памяти. Фролу не один раз придётся выносить вспышки моего недоверия.

Но стоит сказать «да», вернуться в Москву, перестать мучить себя и его, и он перевернёт ради нас мир. Жизнь слишком коротка, чтоб растрачивать её впустую и жить без любви…

Фрол словно читает мои мысли. Поправляет сползший с плеч плед на Никите, затем медленно опускается передо мной на колени. В серые пронзительные глаза больно смотреть. Слишком много в них ожидания и надежды.