Онлайн книга «Смерть на голубятне или Дым без огня»
|
– Иван Никитич! Иван Никитич, постойте! Купря огляделся и заметил, что из дверей одной из лавок на другой стороне улицы ему кто-то машет. Вывеска над дверью извещала, что здесь продаются валенки и головные уборы из овечьей шерсти, изготовленные на валяльно-катальной фабрике купцов первой гильдии Добытковых. Подойдя ближе, писатель узнал Бориса Савельевича. Он, видно, был в лавке по торговым делам и выскочил на порог без пиджака и шляпы, в одном жилете. – Иван Никитич! Как хорошо, что я вас встретил! Хотел сегодня чуть позднее записочку вам черкнуть, а тут смотрю: вы собственной персоной! Вот, думаю, чудесное совпадение! – А я, изволите видеть, иду от нашего газетчика, от Сладкова, – рассказал Иван Никитич, вежливо снимая шляпу. – Я позволил себе написать небольшую заметку о господине Девинье для «Черезболотинского листка». Петр Анисимович давно просил меня. Надеюсь, вы не возражаете, Борис Савельевич? – Я вам уже говорил: до француза мне нет решительно никакого дела, – отмахнулся Добытков. – Теперь тем более. Ведь у меня прекрасные новости! – Да что вы говорите! – Матушка нашлась! – Надеюсь, в добром здравии? – О да! И как будто бы все у нее в порядке. Мы покамест только небольшую весточку от нее получили. И то окольными путями. Нашлась она в Риге. – В Риге? Это, право, странно! – Представьте себе! Там она встретилась с моим старшим братом Георгием. И теперь они вдвоем направляются домой, в Черезболотинск. – Удивительные новости! А что же Фернан Девинье? Он с ними? – Откуда мне знать? И дался вам этот француз! Да вы еще всего не знаете! О том, что матушка с братом едут домой мы узнали от одного нашего торгового товарища. Он в Петербурге имеет большой магазин и контору, и там у него установлен телефонный аппарат. Георгий позвонил ему и уведомил о скором возвращении. И просил еще передать, что матушку особенно беспокоит ваше благополучие. – Мое благополучие? Но позвольте, мы ведь с Катериной Власьевной даже и знакомы-то не были. Как ее может беспокоить мое благополучие? В какой связи? – Я тут ничего ни добавить, ни прибавить не могу, дорогой Иван Никитич. Телефонная связь не надежна, долго они не говорили. Но я считаю своим долгом сказать вам слово в слово то, что мне передали. Крайнеозадаченный, Иван Никитич распрощался с Борисом Савельевичем и отправился домой. Глава 18, в которой герой снова сталкивается с клеветой Вечер Иван Никитич провел в дурных предчувствиях. Если поначалу слова Катерины Добытковой о том, что она обеспокоена его благополучием, просто озадачили его, то скоро они стали источником нешуточной тревоги. Что могло натолкнуть Добыткову на мысль, что писателю угрожает какая-то опасность? От кого? В связи с чем? Почему купчиха вообще думала о нем: незнакомом ей человеке? Пообедав наспех и без аппетита, что было так на него не похоже, Иван Никитич отправился к себе в кабинет, зачем-то даже запер дверь на ключ, сел за стол и, чтобы упорядочить дурные гнетущие мысли, стал переносить их на бумагу. На этот раз он не писал рассказа или статьи, а рисовал схему. Озаглавлена она была: «Деньги? Любовь? Женщина?» Это были возможные причины творившейся вокруг него в последние дни тревожной неразберихи. На листе появились схематические фигурки, подписанные именами участников событий. Рядом с большой Катериной Добытковой выстроились в ряд четыре персонажа поменьше: Марья, Татьяна, Борис и Георгий. Одиноко стоял на краю листа бородатый человечек Фернан Девинье. Карпухина Иван Никитич рисовать не стал, обозначил его крестиком. Сбоку пририсовал Тойво и Зинаиду Виртаненых. Подумал, и добавил длинноногого Ивлина. Долго сомневался, но потом все же пририсовал сверху всей компании самого себя. |