Книга Глухое правосудие. Книга 1. Краснодар, страница 88 – Анна Орехова

— Александр Дмитриевич! — продолжал расспросы прокурор. — Расскажите, пожалуйста, все, что вам известно о свидании, которое намечалось у убитого с подсудимой?

Бобриков посмотрел в их сторону, вид у него был растерянный. Он как бы говорил: «Ребят, я знаю, что ломаю вашу жизнь, но у меня нет других вариантов».

Альбина ответила ему пристальным взглядом: «Есть. У тебя есть как минимум один вариант — сказать правду».

Он врал не во всем: Альбина и в самом деле познакомилась с Максимом в старших классах, они дружили много лет, какое-то время встречались, но потом разошлись. Альбина полюбила Сережу, Максим женился на Светлане. Первая любовь переросла в дружбу, и больше никогда, ни разу в жизни они не переступали черту.

Она долго размышляла, пытаясь понять, зачем Сашка придумал эту историю? Почему соврал следователю? Почему пришел сюда и снова врет? Никакого свидания Альбина не планировала! Ни в тот вечер, ни в какой-либо другой. Но Бобриков утверждал обратное. Зачем ему это?

Существовало всего два логичных ответа: либо он сам был замешан в убийстве, либо за эти показания ему заплатили. Но кто?

— Я ж говорю, Максим всегда испытывал к Альбине чувства, они встречались, когда в школе учились. Я не знаю, кто кого бросил, но Максим часто рассуждал о том, что жизнь сложилась бы иначе, останься он с Альбиной. И вот в тот день…

— Извините, что прерываю. — Прокурор сложил ладони в умоляющем жесте, демонстрируя, как ему не хочется останавливать столь романтичный рассказ. — О каком дне идет речь?

— Третье февраля восемнадцатого. День смерти Максима.

— Спасибо. Продолжайте, пожалуйста.

— В тот день он прибежал ко мне в будку.

Кто-то из присяжных громко хмыкнул.

— Логично. Если есть Бобиков, должна быть будка, — прокомментировал Сережа.

Наташа хихикнула, Вероника прижала ладонь к маске, со стороны присяжных донеслись смешки.

Судья вымученно посмотрела на прокурора. Альбина мысленно приготовилась к стуку — Ханеш любила поколотить молотком по подставке. Спасибо, что сейчас этого не сделала — каждый резкий звук отдавался головной болью.

— Простите, куда убитый прибежал? — уточнил прокурор дрогнувшим голосом. Похоже, очень старался не смеяться.

— Ну, в нашу будку.

Наташа громко хрюкнула. Альбина не сомневалась — это тоже переигровка, попытка выставить Бобрикова шутом. Кто будет всерьез воспринимать свидетеля, над которым все смеются?

Судья схватилась за молоток. Бобриков наконец смекнул, что происходит:

— Что смешного-то? Будка она и есть будка. Небольшое помещение, где охранники дежурят. Как его еще назвать?

— Сторожка, — подсказал прокурор.

— Ну пусть будет сторожка.

— Продолжайте, пожалуйста.

— Хорошо. Я… а на чем я остановился?

— Вы рассказывали, как третьего февраля убитый пришел к вам в сторожку.

— Прям такой весь убитый и пришел, — проворчала Наташа, выделяя что-то маркером в документах. — Думается мне, что в тот момент он был еще живым. Убитые обычно не ходят.

Судья, к счастью, ее реплику не услышала, вернула молоток на стол и снова взяла ручку: тук-тук-тук.

Бобриков продолжил:

— Максим показал мне сообщение от Альбины, она написала, что в семь часов хочет встретиться у него в кабинете. И намекала, ну, это… ради чего хочет встречаться.

Присяжные снова посмотрели на Альбину, как стайка уточек: куда бросают хлеб, туда они и поворачивают головы. Хоть кто-нибудь из них способен сомневаться? Способен задать простой вопрос: что, если Бобриков врет?