Онлайн книга «Человек-кошмар»
|
– Прошу. Входите. Он ступил в вестибюль, на мозаичный пол площадью в десять квадратных футов, о котором Уиллард никак не мог перестать говорить, когда они вернулись в участок: «Кто вообще заказывает такую отделку пола, Винни?» Кристина заметила, как он уставился на пол. – Это была любимая картина Бернарда. Масло на холсте, называется «Ночной кошмар». Написана в тысяча семьсот восемьдесят первом году художником по имени Генрих Фюссли. Она присела на корточки, поставив голое колено на пол. Халат распахнулся, обнажив ногу до самого бедра. – Бернарда? – спросил Миллз, разглядывая тысячи кусочков плитки, использованных для создания образа. Кристина провела свободной от сигареты рукой по мозаичному полу. – Бернард Букмен. Человек, построивший этот дом. В конце девятнадцатого века. Как и Роберт, он работал с детьми. И с их кошмарами. Думаю, можно сказать, что он был первым в семье, кто начал этим заниматься. Мозаика изображала женщину, погруженную в глубокий сон, ее руки были закинуты за голову. На груди у нее сидело сгорбленное демоническое существо, а на заднем плане из тени выглядывала лошадиная голова. Идеальное сочетание ужаса и чувственности. – Скачка на лошади, белая кобыла, – указала она пальцем. – Намеки на общение с дьяволом. Блестящая работа, вам не кажется? Изучив изображение, он кивнул в знак согласия. – Бледность ее кожи и белая ночная сорочка так сильно контрастируют с темно-красными и охряными тонами фона. Кристина на миг замерла, а затем, к его изумлению, легла прямо на спящую женщину, в точности повторив ее позу. Закрыв глаза, она притворилась, что спит, а потом так же внезапно снова выпрямилась. Резкое движение обнажило еще больше скрывавшегося под халатом тела. Миллз вспомнил слова Уилларда, произнесенные в участке: «Она странная. Наверное, принимает не меньше десятка всяких препаратов, Винни. Готов спорить на свою жизнь». Поэтому он и уговорил Миллза отправиться сюда в одиночку, чтобы проверить догадку относительно тех страшных набросков. Кристина заправила за ухо выбившуюся прядь светло-рыжих волос и снова указала на пол. – Видите этот сильный контраст между светом и тенью? Такое называют эффектом светотени. Бернард заказал пол в память о своей жене Лене, после того как та умерла от чахотки. Я видела ее фотографии. Могу вам показать. Удивительно, как сильно она похожа на изображенную здесь женщину. – Все это очень интересно, миссис Букмен. Но мне уже скоро надо будет уйти, так что не могли бы мы… – Бернард заказал его во время поездки в Италию, куда отправился, чтобы помочь двум отчаявшимся детям, которых мучили кошмары – девочкам-близняшкам из маленькой прибрежной деревушки неподалеку от Гроссето. – Кристина на время умолкла, потуже завязывая пояс халата, словно внезапно вспомнила о приличиях. – На пути через Тоскану он успел поговорить про работу в Блэквуде с пятью знаменитыми мастерами мозаики. В результате выбрал маленького нервного художника из Флоренции, которого звали Никколо Трибиолто. Миллзу хотелось вернуться к нужной теме, но Кристина продолжала заваливать его подробностями, словно делала презентацию по истории мозаики. – Художник прибыл на корабле уже в следующем месяце. Он работал не покладая рук, и поначалу дело двигалось быстро, однако спустя несколько месяцев темп создания мозаики сильно замедлился. Результат получался превосходным, но работа заняла слишком много времени. Горничные нередко заставали Никколо сидящим на незаконченном мозаичном полу и уставившимся, словно в трансе, в коридор, ведущий в атриум, откуда доносилось пение птиц и шорох мотыльков. Вам известно об этой комнате, детектив? |