Онлайн книга «Человек-кошмар»
|
– Ты был главным детективом по этому делу? – Да. Уиллард был вторым. Когда поступил звонок, мы бросили монетку. – Почему? Мне кажется, такое дело было интересно вам обоим. Миллз провел рукой по лицу и тяжело вздохнул, вспоминая наброски, найденные ими в тот день в среднем ящике письменного стола Бена Букмена. – Люди в том доме принадлежали к одному из двух типов, Сэм. Они либо глубоко проникались историей Блэквуда, либо тот пугал их до смерти. Девон больше походил на своего старшего брата Бена. Не будь разницы в возрасте, они бы вообще выглядели как близнецы. Девон был развит не по годам. Оба мальчишки обожали этот дом. Их старшая сестра Эмили его ненавидела. Во время допроса она так злилась, что едва могла говорить. – На кого она злилась? – На отца. На мать. На Бена. На дедушку. На самом деле, на всех. – А что насчет родителей Бена? На чьей стороне были они? Тоже поклонники Блэквуда? – Их отец, Майкл, был от него в ужасе. – Даже несмотря на то, что сам там вырос? – Да. Мать, Кристина, занимала позицию ближе к сыновьям. Некоторые говорили, что она вышла замуж за члена этой семьи только радидома. Радилесов вокруг него. Она, мягко говоря, была свободной натурой. И это ее идея – проводить там каждое лето. – И ее муж согласился, хотя ему там не нравилось? – Он любил ее. Делал все, что она скажет. Кристина была привлекательной женщиной. Точно не уровня Майкла Букмена. Бен Букмен, без сомнений, унаследовал внешность от матери. Как и его сестра Эмили. И Девон. У всех них модельные лица. А Майкла можно назвать, в лучшем случае, заурядным. Родился с заячьей губой. Ему повезло, что он вырос в семье, у которой нашлись деньги на операцию. На одной руке у него было шесть пальцев, на другой – четыре. Стало поровну, когда два лишних он отрубил себе мясницким ножом. – Миллз стряхнул пылинку со штанины. – По крайней мере, так гласит история. – Значит, Девону сейчас было бы примерно двадцать два или двадцать три года? – Около того. – Думаешь, он и есть наше Пугало? – Не думаю. – Считаешь, он мертв? – Скорее всего. – Думаешь, его исчезновение как-то связано с другими пропавшими за последние десять лет детьми? – Не знаю. Возможно. Уиллард считал, что да. Но все началось с исчезновения Девона. – Однако вы все равно подозревали его семью? – Да, – сказал Миллз. – Мне так подсказывало мое чутье. Они вроде горевали, но не как другие семьи в подобной ситуации. Мать была подавлена. По-любому на чем-то сидела. Я имею в виду тяжелые препараты, не только травку. Отца Бена мы допрашивали на улице, потому что он отказался возвращаться в дом. Заявил, что там стены подслушивают. Вел себя как ненормальный. Не сводил глаз с леса. – Вы так на него ничего и не нарыли? – Нет. И я знаю, о чем ты думаешь. Но Майкл Букмен съехал с дороги не из-за нашего давления. К тому времени мы уже от него отстали. Так и не нашли ничего подозрительного. Людей не хватало, поэтому пришлось перевести дело в разряд висяков. – А ты ведь раньше хвастался своей раскрываемостью. – Доходила и до девяноста пяти процентов. – А остальные пять? – Пропавшие дети. – Дэнни считает, что эти пропавшие дети виновны в смерти его отца. Не сами дети, а их нераскрытые дела. Вроде они его мучили. – Уиллард был хорошим детективом. И еще лучшим отцом. – Я не о том. |