Книга Убийство на улице Доброй Надежды. Два врача, одно преступление и правда, которую нельзя спрятать, страница 112 – Бенджамин Гилмер

Доктор Лечич рассказал, что пожилой мужчина со слегка искривленным ртом был блестящим математиком, а теперь упорно старается сохранить свою самостоятельность и гуляет по коридорам. Мужчина, с отсутствующим видом смотрящий в окно, много лет держал книжный магазин в Верхнем Вестсайде и иногда по памяти цитирует фрагменты из «Генриха V». Лежачая пациентка лет пятидесяти с небольшим некогда была педиатром. Мы с трудом разбирали ее речь, а доктор Лечич понимал каждое слово и хвалил ее заслуги перед медициной, поглаживая по голове.

Доктор Лечич светился преданностью и любовью к своим пациентам. Они обожали его, и было очевидно, что он создал для каждого из них особенный дом, где можно достойно прожить остаток дней.

При этом обстановку нельзя было назвать тихой и спокойной: гомон голосов, шарканье ног, падающая на пол еда, недоуменные взгляды пациентов. Посещение подобных мест производит гнетущее впечатление на большинство людей.

Так произошло и с Джейми.

– Здесь всегда так? – спросил он.

– День на день не приходится. Никогда не знаешь, чего здесь ждать, – с улыбкой ответил доктор Лечич.

Через час наступила пора прощаться. Я поблагодарил доктора Лечича за знакомство с его миром. Идя вместе с ним к выходу, мы прошли мимо группы медсестер, заступавших на ночное дежурство.

На улице уже стемнело. Холодный осенний ветер пробирал до костей. Я застегнул куртку, надел шапку и шарф и засунул руки в карманы. Джейми стоял в оцепенении, на его глазах были слезы.

– Какая жестокая болезнь. Я и не знал, – сказал он.

Я кивнул и тоже прослезился. Под одной крышей собралось так много трагедий, что осмыслить это было нелегко. Винс медленно угасал на моих глазах вот уже несколько лет, и финал его истории был очевиден. Он будет похож на то, что мы только что видели.

Слезы на моих глазах навернулись еще из-за мыслей о поразительно беззаветной работе доктора Лечича и его коллег. Мне довелось увидеть один из величайших примеров врачевания. Доктор Лечич отказался от доходной частной практики, чтобы оказывать помощь одному из самых тяжелых контингентов больных.

Насколько бы все было иначе, если бы Винс оказался в интернате доктора Лечича, а не в вирджинской тюрьме. Если бы ему вовремя поставили диагноз, если бы он жил в больничной палате под опекой заботливых врачей, а не в голых бетонных стенах своей камеры.

Может быть, таким местом для Винса станет Бротон, подумалось мне. Но прежде всего нужно вытащить его из тюрьмы.

Сюжет CNN должен был выйти в эфир только через несколько месяцев, и до этого Дон, Джери и я находились в коконе тишины остаток 2016-го и большую часть 2017 года.

Мы знали, что обычно губернаторы тянут с помилованиями до конца срока полномочий. Помилования, даже условные, бывают политически рискованными, особенно в случаях насильственных преступлений. Дон и Джери считали, что начинать публично давить на губернатора еще рано.

– Но почему? Винс может умереть в любую минуту. Угасающему человеку каждый день важен, – возмущался я в начале года.

– Если только нет признаков того, что он умрет в ближайшие полгода, активная общественная кампания может привести к обратным результатам, – объяснила Джери. – Нужно, чтобы губернатор подошел к делу Винса вдумчиво и принял правильное решение, не опасаясь негативного пиара.