Онлайн книга «Сладкая штучка»
|
Я повышаю голос: – Беккет! Теперь она резко разворачивается, а когда видит меня, от удивления роняет урну на траву. Из урны высыпается небольшая кучка пепла, который тут же размокает под дождем. – О господи… Линн! – с округлившимися глазами восклицает Беккет. – Давно ты тут стоишь? – Нет, только пришла. Она проводит мокрой рукой по волосам. – Черт, и что ты здесь делаешь? В семь утра? – Я… решила прогуляться. Выражение лица Беккет становится напряженным. – Как ты узнала, что я сюда приду? У меня мурашки бегут по коже. Надо соврать. Я не могу сказать ей правду, потому что правда похожа на чистое безумие. Вчера вечером я больше часа сидела под окном гостиной Кая, сидела на холодной каменной плитке, слушала, как вы болтаете и смеетесь, а сама давилась слезами. Но ведь они просто болтали и ничего больше, да? – Земля вызывает, Линн, спускайся с небес. – Беккет склоняет голову набок и повторяет свой вопрос: – Как ты узнала? Я смотрю на темно-серую от влаги кучку пепла у ее ног. Ее родители вот-вот смешаются с землей и встретятся с червями. Начинаю мямлить: – Я… я не знала. Кай мне рассказал. Он сказал… что ты сказала… что пойдешь сюда… Беккет тяжело дышит и зло на меня смотрит. Она мне не верит. – Это не важно… Беккет, послушай, есть кое-что… о чем я… Начинаю, не глядя, рыться в своей сумке – салфетки, наушники, какие-то конверты, которые я украла в угловом магазине по дороге сюда, – наконец пальцы натыкаются на кожаный переплет ее дневника. Этот дневник она пытается найти с тех пор, как вернулась в Хэвипорт. Этот дневник я украла двадцать лет назад и как трофей храню его у себя на книжной полке. Пришло время его вернуть. – Линн, слушай… – Ты просто… дай мне минутку. Когда признаюсь, она может простить меня за кражу, а я смогу простить ее за то, что она увлеклась Каем, и мы снова сможем стать подругами. – Мне надо кое о чем с тобой поговорить… Начинаю вытаскивать дневник из сумки. – Не могу, Линн. Не сейчас. – Нет, именно сейчас. – Я занята. – Прошу, позволь, я… – Хватит, Линн! Хватит уже. – Беккет зажимает ладонями уши. – Чтоб тебя… неужели непонятно – я тут пытаюсь оплакать моих чертовых родителей. Так что не могла бы ты просто… просто свали и не мешай. Она опускается на колени, ставит урну вертикально и завинчивает крышку. Потом встает с урной в руках и проходит мимо меня, капли дождя стекают по ее щекам, как крокодиловы слезы. Я смотрю ей вслед. Она исчезает в тумане, и я плачу. Но мои слезы не крокодиловы, они настоящие, горячие и злые. Ты причиняешь мне боль, Беккет. Но я ни за что на свете не сделаю тебе больно в ответ. 24 Беккет Давно не стиранный флаг святого Георгия трепещет и хлопает на ветру над вывеской паба «Рекерс армс», как будто так пытается предупредить горожан об опасности моего присутствия в Хэвипорте. Глянув на всякий случай через плечо, захожу внутрь. Для полудня понедельника в пабе на удивление многолюдно. Правда, посетители – это по большей части пожилые мужчины, сидят они каждый сам по себе и смотрят в свои кружки с пивом. Когда вхожу, некоторые поднимают голову и щурятся, как по мне – они очень похожи на черепах на пляже. Я, стараясь на них не смотреть, прохожу прямиком к барной стойке. – Опять ты, – говорит барменша, искоса поглядывая на меня, пока сама открывает коробку с луковыми и сырными чипсами. |