Книга Французский связной, страница 99 – Робин Мур

Внутри здания полицейского участка было тихо. Тикали часы, шипели, издавая иногда резкий звук, радиаторы. Дежурный сержант в форме сидел в одиночестве за высоким столом и читал. Двое молодых патрульных с расстегнутыми воротничками, без оружия и блях, в однотонной синей форме стояли у доски объявлений и приглушенно разговаривали, производя странное впечатление своей неуместностью. Смена с четырех до двенадцати выступила на дежурство только полтора часа назад, и должны были пройти часы, прежде чем начнет собираться полночная команда. На втором этаже, в общей комнате, один детектив, одетый в свитер, сидел, развалясь, на вращающемся стуле, читая журнал, а второй, в белой рубашке и коричневом галстуке, согнулся над столом, что-то быстро строча в блокноте.

По контрасту этажом выше царило странное ощущение целеустремленности, хотя движения и там было немного. В обширном помещении справа от лестничной площадки за расставленными кое-как столами, освещенными настольными лампами, сидели всего несколько человек и молчали. Значительная часть комнаты находилась в полумраке. Находившийся в дальнем углу кабинет шефа Кэри был погружен в темноту, но из соседней комнаты пробивался свет. Однако Хоукса не было за его столом. Он и еще пять таких же хмурых офицеров собрались вокруг стола для совещаний с другой стороны здания, где работало Специальное следственное подразделение.

Вместе с Хоуксом в самых разных напряженных, но выражающих усталость позах за столом сидели Эдди Иган, Сонни Гроссо, агент Фрэнк Уотерс, а также сержант Джек Флеминг и детектив Джек Гилди из ССП.

Какое-то время все молчали. На напряженном лице Игана пробивалась рыжая щетина. Он остался в клетчатой сине-желтой рубашке, а черную короткую кожаную куртку бросил на спинку стула. Сонни то и дело дергал высокий ворот черной водолазки, он тоже был небрит, веки его опухли, а глаза покрылись красными прожилками. На остальных были обычные рубашки и галстуки, но все расстегнули воротнички, ослабили узлы галстуков и закатали рукава до локтей. Пиджаки висели на дверных ручках и лежали на столе. Это был длинный день. Они собрались, чтобы еще раз рассмотреть дело Фуки, но на самом деле сказать было почти нечего. С наблюдением за Пэтси Фукой они не справились, и это было главное, что их раздражало.

Хоукс прочистил горло.

– Ну что, провалили мы дело?

Офицеры нервно заерзали на стульях, но поначалу никто не взял слово. Затем подчеркнуто неторопливо заговорил Фрэнк Уотерс.

– Как представитель нашего ведомства я бы сказал, что все кончено, – такое у меня впечатление. Что мы получили? Французов нет, а теперь и Пэтси пропал. Он, наверное, сегодня же скроется. – Уотерс бросил взгляд на Игана.

Детектив сполз ниже по сиденью и нахмурился. Уотерс начал ему надоедать. Что бы ни говорил в последнее время этот агент, он обязательно прямо или косвенно нападал на полицию или на него с Сонни – или же метил только в него?

– Пэтси может еще что-нибудь предпринять, – апатично предположил Сонни.

Иган воодушевился.

– Он «мог что-нибудь предпринять» все эти дни. Давайте воспользуемся ордерами и обыщем все известные нам места, сейчас же.

– Обыщем кого, обыщем что? – спросил Уотерс. – У нас никого нет!

– Он прав, Эдди, – спокойно сказал Хоукс. – Мы знаем, что Пэтси нет ни дома, ни в лавке. Тони нет дома – он в лавке. Дом Травато? Но его машина отсутствует, и это место ничего не значит, если у нас нет Пэтси. Французы – кто может сказать, где они теперь? Что ты хочешь обыскивать?