Книга Французский связной, страница 144 – Робин Мур

– Какого черта? – поинтересовался Сонни.

– Здесь кто-то был, – ответил О’Брайен с пола. Озадаченный, он огляделся. Остальные, пригнувшись, напряженно обследовали все темные углы.

– Должно быть, тебе приснилось, – произнес наконец Сонни, пряча в кобуру пистолет. – Здесь никого нет.

Выключили свет. О’Брайен заполз обратно на матрац. Через мгновение снова раздался его крик:

– Вот он!

Снова послышался звук бегущих ног, включился свет, и снова никого, кроме четырех нервных детективов.

На этот раз Сонни обратил внимание на бойлер. Он подошел к массивному, закопченному оборудованию и, хмуро посмотрев на О’Брайена, произнес:

– Вот кто здесь курит, – и показал на маленькую красную лампочку, расположенную примерно на уровне глаз, индикатор работы механизма.

Каждый день напряжение в подвале росло. Всем офицерам приходилось прилагать усилия, чтобы держать себя в руках и, что более важно, не хвататься за пистолет при всяком непривычном звуке. Смена за сменой дежурила рядом с 88 фунтами товара, стоившими донам мафии многие миллионы долларов, и никто понятия не имел, когда банда итальянцев может ворваться в подвал и попытаться забрать героин.

Время от времени из внешнего мира в подвал проникали интересные вести, дававшие детективам темы для обсуждения. Наиболее увлекательную и пикантную новость они узнали, когда один из регулярных визитов нанес лейтенант Винни Хоукс. Он обнаружил Эдди Игана в привычной для него позиции, в чулане для красок.

– Эй, Пучеглазый, помнишь пулемет, который ты вытащил с потолка в доме у Фуки? А что, если это тот же самый пулемет, из которого убили охранника и ранили полицейского при ограблении Национального банка Лафайета на Кингс-хайвей?

Взволнованный Эдди вскочил на ноги.

– Я был там с Пэтси всего лишь за два дня до нападения! Помню, как тогда я подумал, что он словно проводит рекогносцировку.

– Кажется, наш друг Пэтси пытался заработать, где только можно. Не удивлюсь, если этот тип сдавал в аренду пулемет, да и другие свои пушки тоже. – И офицер цинично улыбнулся.

Иногда в подвал заходил управляющий зданием, но он не обращал внимания на засаду, а офицеры с ним не заговаривали. В такой напряженной атмосфере один из его визитов мог закончиться его гибелью. Однажды утром он спокойно взял доску, положил ее на козлы для пилы и встал напротив середины доски. Сделав несколько глубоких вдохов, он внезапно с криком резко ударил ребром правой ладони по доске и разбил ее пополам.

Потрепанные нервы среагировали мгновенно, и пять стволов были направлены в его сторону. Испуганный каратист увидел перед собой дула пулемета, двух винтовок и двух револьверов. Потом оружие медленно опустилось, и после этого случая управляющий в подвале не показывался.

Проводя рядом с героином долгие дни и ночи, детективы не могли не думать о ценности белого порошка, спрятанного в кофре Тони Фуки. Без проблем героин можно было продать мафии за миллион долларов. Стоил-то он раз в десять дороже. Его анализ пока не проводили, но все считали, что он почти чистый. К этому искушению все они уже привыкли, оно терзало каждого офицера, занимавшегося наркотиками.

И у Игана разыгралась фантазия. Нужно только протянуть руку и потом жить в роскоши. Кэрол Гэлвин уже объявила ему, что уходит от него, потому что не может больше приспосабливаться ни к непонятному графику работы, ни к ограниченному доходу полицейского. Он мог забрать наркоту и… но его мечтания закончились, как обычно. Он был копом и, вероятно, всегда будет копом. Вот и все.