Книга Прекрасная пара, страница 104 – Лесли Вульф

– А на мероприятие?

Юноша листает блокнот. Я удивлен, что мой помешанный на технике напарник знает, что такое бумага.

– Пока неясно. Все, что я смог разглядеть, это черный седан, но он остановился у дальнего края тротуара, а вид с камеры загораживало дерево.

– Интересно, что у него за машина? – спрашиваю я, водя маркером по доске, прежде чем провести линию между именем Кука и местом сбора средств, а затем поставить над ним вопросительный знак. – На каком автомобиле он обычно ездит, и где он, черт возьми, сейчас?

Экхарт пожимает плечами, а потом раздраженно продолжает:

– На «ауди», и ее нет на стоянке. Я еще посмотрю. Никаких сообщений о том, что ее отбуксировали, никаких заявлений о ДТП. Просто… ее там нет. Может, дома.

– Да, и может, разбита. Спрятана в гараже, куда мы не можем попасть без гребаного ордера. – Я смотрю на доску, на линии, пересекающие имена и места, на красную временную шкалу, которую пересекают черные вертикальные стрелки.

– Поговорю с ним, – говорит напарник. – С той актрисой тоже.

Я не могу удержаться и закатываю глаза.

– Само собой. Держу пари, начнешь с нее.

– Вообще-то, нет, – говорит он, подмигивая мне и нарочито поправляя узел галстука. – Приберегу впечатления на вечер. Может, опрос продлится чуть дольше, если ты понимаешь, о чем я.

Мне хочется влепить ему подзатыльник от имени всей полиции Лос-Анджелеса. Вместо этого я от души смеюсь, но мои глаза прикованы к временной шкале.

– Есть какие-нибудь новости о жертве? – спрашивает он, выдергивая меня из клубка мыслей.

– Личность по-прежнему не установлена, – отвечаю я. – Патологоанатом говорит, что отправила стоматологические карты. Ждет ответа по совпадениям. Отпечатков также нет ни в одной базе данных.

Экхарт вздыхает, его разочарование сродни моему.

– Время смерти подтверждено? Между полуночью и половиной второго?

– Точно. Эванс упоминала что-то о скоплении дождевой воды только в определенных местах и о некоторых насекомых. Но мы все равно не знаем, кто эта женщина.

– Призрак?

– Не совсем, – отвечаю я, постукивая кончиком пальца по не дающей мне покоя шкале. – Все-таки кое-что нашлось: жертва умирала от рака. Последняя стадия. Ей оставались месяцы, может быть, недели. Патологоанатом утверждает, что ошиблась в предварительной оценке возраста жертвы из-за тяжести болезни. Погибшей было всего сорок, а не пятьдесят. – Я крепче сжимаю маркер, вглядываясь в график. – Что, черт возьми, она делала там, посреди леса, в такое время и в такую погоду? Она заблудилась? У нее Альцгеймер?

Экхарт качает головой.

– Так далеко в горах? Не складывается. Должна быть какая-то причина. Ее же не на парковке продуктового сбили.

– Может, кто-то привез ее туда, – негромко предполагаю я, чувствуя, как внутри все сжимается. Кто мог оставить хрупкую, умирающую от рака женщину на пустынной дороге посреди ночи? Кто-то ее подбросил? Uber?При жертве не нашли ни телефона, ни бумажника. Если они и были при ней, преступник, должно быть, забрал их или куда-то выбросил, чтобы мы остались без зацепок. – Давай отправим несколько запросов на получение информации через портал правоохранительных органов. В Uber, Lyft, таксомоторные компании… Вдруг повезет. И внимательно изучим отчет по осмотру места преступления. Надеюсь, в конце концов они нашли ее телефон и бумажник.