Книга Прямой умысел, страница 88 – Александр Токун

— Это как раз дело нехитрое. Ночные дежурные у нас обычно спят, если офицеры не приходят их проверять. Я бы тоже отсюда без труда ушел, если бы захотел.

— Куда Глеб мог пойти? Он тебе не рассказывал?

— Если он не дома, тогда не знаю.

— К твоему отцу, например? — предположил Кондрат.

— Это вряд ли, — покачал головой Роман.

— Глеб ничего не говорил тебе про «Пять орешков»?

— Про что?

— Про фамильные драгоценности.

— Нет, не слышал. А что?

— Нет, ничего, — вовремя спохватился Линник. Неужели побег Глеба из кадетского корпуса через несколько дней после исчезновения бриллиантов — простое совпадение? Стал бы он делиться тайнами со своим лучшим другом? Почему бы и нет? Дети любят хвастаться по поводу и без. А вдруг они с Романом сообщники? Нет, не похоже.

— Когда тебя в последний раз отпускали домой? — на всякий случай спросил сыщик.

— Месяц назад. Надеюсь, в это воскресенье отпустят.

— Понятно, — задумчиво произнес Кондрат. — Больше ничего не хочешь рассказать?

— Нет.

— Тогда ступай.

Глядя на медлившего вернуться в строй кадета, Линник с удивлением подумал, как мог заподозрить этого простодушного ребенка в соучастии в краже. Темные силуэты кадетов перемещались по залитому солнечным светом плацу, повинуясь сухим приказам воспитателя, словно шахматные фигуры под рукой невидимого гроссмейстера.

— Ну и дела, — протянул сыщик, как только переступил порог своей квартиры. Кондрат уже собирался поведать своему секретарю историю о сбежавшем из кадетского корпуса сыне Кияковского, но тот его прервал:

— У нас гость.

Только сейчас Линник заметил поднявшегося из-за стола пожилого мужчину с седой козлиной бородкой.

— Здравствуйте, Кондрат Титович! — голос незнакомца был угодливым, с приятной хрипотцой. — Я таки вас дождался.

— Это ювелир, — шепнул Онуфрий.

— Меня зовут Моисей Хаимович Мамжер, — представился тот.

— Добрый день! — поздоровался сыщик, снимая поношенную шубу. — Напрасно вы меня ждали, это мой секретарь Онуфрий, мы работаем с ним вместе, можете не стесняться его присутствия. Кстати, именно он написал вам письмо, из-за которого вы, полагаю, ко мне пришли.

— Молодой человек, — ювелир с укоризной посмотрел на Кондрата, — дело, по которому я к вам явился, настолько деликатное, что я не стал бы о нем болтать с первым встречным.

— Я очень ценю вашу твердость, — Линник невольно перенял тон своего собеседника, — но не могли бы вы нам рассказать теперь о сути дела?

— Я бы с удовольствием, но вы меня поймите: старик Мамжер пришел к вам, если можно так выразиться, по зову сердца, исполняя гражданский долг, пожертвовав своим драгоценным временем, в разгар дня, когда больше всего клиентов, и желал бы получить за это что-нибудь взамен.

Сыщик, нахмурившись, переглянулся с секретарем. Тот, усмехнувшись в усы, многозначительно развел руками. Вздохнув, Кондрат полез в карман пиджака.

— Если вам действительно есть что рассказать, вы заслуживаете некоторого вознаграждения с моей стороны, — сыщик положил на стол рядом с гостем серебряную монету. — Кроме того, я полагаю, что в ходе расследования нам понадобятся ваши консультации, которые также должны быть оплачены, — вторая монета легла сверху.

— Я вижу, вы деловой человек, Кондрат Титович! — удовлетворенно проговорил ювелир, забрав деньги. — Старик Мамжер вас не подведет.