Книга Прямой умысел, страница 73 – Александр Токун

Подскочивший к столу бледный половой увидел трех обмякших мужчин с дымившимися револьверами в руках. Слева сидел, вытянув ногу, сыщик, справа полулежал, неестественно вывернув руку, следователь. В центре возвышалась коренастая фигура старика Агафона с опрокинутой на подоконник окровавленной головой.

— Картина маслом, — озадаченно пробормотал половой, чувствуя, как сзади напирает толпа встревоженных посетителей.

— Кондрат Титыч, вы меня слышите?

Линник с трудом открыл глаза. Налитая свинцом голова утонула в подушке, просторная светлая комната вращалась, словно он ехал на карусели.

— Где я? — спросил сыщик глухим, как будто не своим голосом.

— В больнице, — ответил Онуфрий. — Спите, пока не пришел доктор.

Кондрат сразу провалился в глубокий сон.

Вечером отдохнувшего Линника посетил Такуш.

— Ну-с, больной, как вы себя чувствуете? — поинтересовался он.

— Терпимо, — поморщился сыщик. — Голова кружится, и рана саднит.

— По правде говоря, я не был уверен, что вы выживете после операции, — признался врач. — Но ваш организм оказался на удивление крепким. Через две недели будете почти как новый. Да, поздравляю, вы родились в рубашке. Пуля прошла в одном дюйме от сердца. Демьян Демидович чуть вас сдуру не прихлопнул.

— Так это Поправка меня ранил?

— Увы! Он, конечно, целился в Накладыча, но тот, видимо, ударил ему по руке, и пуля полетела по непредсказуемой траектории.

— Зараза! — простонал Кондрат.

— На вашем месте я бы так уж на него не сердился: Поправка погиб почти сразу от пули Накладыча.

— А старик мертв?

— О да! Вы не промахнулись.

— Слава Богу! — облегченно вздохнул Линник. — А Роберт?

— Он сбежал. Новый следователь объявил его в розыск. Я уверен, что ему не удастся так уж легко спрятаться.

— Кто же теперь вместо Поправки?

— Прокофий Сычик.

— Прокоп? — криво усмехнулся сыщик.

— Да. Вы с ним знакомы? — удивился Такуш.

— К сожалению. Ну и кому теперь достанется наследство Агафона Накладыча? Ведь Онисима казнят?

— Казнят. Или упекут в желтый дом. Все равно наследства ему не видать. Я думаю, оно перейдет Фролу.

— А Зарецкий мне говорил, что внебрачные дети не имеют прав на наследство.

— Ах да, вы же, наверное, не знаете.

— Что-то случилось? — насторожился Кондрат.

— Старик Агафон написал ходатайство о признании Фрола законным сыном, — пояснил врач.

— Когда он успел?

— Сразу, как стало известно об аресте Онисима, старик позвал к себе Зарецкого. Они составили ходатайство, а Змиев и священник его подтвердили. Зарецкий отправил ходатайство в Особую генеалогическую комиссию.

— И каковы шансы на удовлетворительное решение?

— Трудно сказать.Зарецкий говорит, что такого прецедента еще не было. С одной стороны, Агафон Накладыч был видным человеком в городе, меценатом, с другой — убийцей невинной девушки. Неизвестно, что в конечном счете перевесит. Процесс затянется на долгие месяцы.

— Похоже, старик все-таки меня перехитрил, — хмуро заметил Линник, задвигав челюстью.

— Бросьте, Кондрат Титыч! — вмешался секретарь. — Вы живы, а убийца понес наказание. Так кто кого перехитрил?

«В этом Онуфрий прав, — подумал сыщик. — Моя пуля уничтожила гениальный мозг преступного эстета. Кто знает, на какие злодеяния еще был способен этот коварный, изощренный ум?…»

Теплым августовским вечером в домик портнихи постучали. Ульяна открыла дверь. На пороге стоял недавно назначенный судебный следователь в новом мундире с блестящими пуговицами. В руке он держал массивный пакет.