Книга Прямой умысел, страница 47 – Александр Токун

— Ну-с, милейший, угощайтесь! — обрадованно провозгласил Плыха, потирая руки в предвкушении обильной трапезы.

— Василий Илларионович! — взмолился Кондрат. — Я же говорил вам, что недавно завтракал, а вы решили закатить пир в мою честь?

— Ешьте, не стесняйтесь. Приговор окончательныйи обжалованию не подлежит, — весело хлопнул старик по столу.

— Как скажете, — процедил Линник и, с вызовом посмотрев на судью, неохотно принялся за еду.

«Второй завтрак» длился около часа. Плыха то и дело предлагал сыщику отведать новое блюдо. Кондрат поначалу отказывался, но обладавший даром убеждения старик без труда сломил его сопротивление.

С честью пройдя испытание едой, сыщик решил, что пора наконец заняться делом.

— Скажите, — начал он, вытирая рот салфеткой, — вы давно служите в пичугинском суде?

— Почти сорок лет, — гордо ответил старик. — Сначала два года в качестве помощника секретаря, еще шесть лет — секретарем, и вот уже скоро тридцать лет, как я судья.

— За время вашей практики в городе случались преступления, подобные убийству Стеши Смык?

— Нет. В Пичуге, конечно, и раньше происходили убийства, на моей памяти их было пять или шесть, но каждый раз причина лежала на поверхности: то жена отравит нелюбимого мужа, то два парня повздорят за бутылкой водки и схватятся за ножи. Но такого странного и гнусного убийства я не припомню.

— Может, у вас есть идеи, кто бы мог его совершить?

— Э, нет, Кондрат Титович, не задавайте мне подобных вопросов, — покачал головой Плыха. — Я всего лишь судья. Моя задача — взвешивать доводы сторон и решать, виновен конкретный человек в совершенном преступлении или нет.

«Вот хитрец! — подумал Линник. — Не хочет делиться со мной мыслями».

— Давайте представим, что сегодня или завтра Поправка сдастся под напором прокурора и арестует Онисима, — продолжил сыщик. — Вы осудите его?

— С тем, что есть сейчас? Конечно, нет. У Поправки нет ни одной улики против Онисима, только спорный мотив и то, что он работает провизором в аптеке. По моему мнению, этого слишком мало, чтобы отправить человека на виселицу.

— В таком случае попрошу вас проследить за ходом моих рассуждений. С самого начала мне было непонятно, зачем кому-то могло понадобиться убивать такую тихую, безобидную девушку, как Стеша. Да, есть люди, выигравшие от ее гибели, но для такого жестокого убийства должен быть более существенный мотив. Значит, или мы чего-то не знаем о Стеше, или она здесь совершенно ни при чем.

— Согласен.

— Тогда я решил, что убийца Стеши хотел подставить Онисима, чтобы каким-то образом добратьсядо наследства его отца. Но чтобы получить состояние Агафона Накладыча, преступнику необходимо было учесть столько разных обстоятельств, что успех этой затеи выглядит неправдоподобно. Еще была мысль, что убийца хотел взорвать не Стешу, а ее двоюродного брата. Но, по-моему, всему городу известно, что она выполняла за кузена всю черную работу, и если бы убийца покушался на жизнь Игната, он не стал бы закладывать бомбу в клумбу. Так что и этот вариант представляется маловероятным. Я уже даже готов всерьез рассмотреть версию устрашающей акции какого-нибудь тайного кружка анархистов.

— Нет, милейший, никакие это не анархисты, — возразил старик. — Такие идейные люди не убивают просто так, они непременно бы сообщили о себе и о цели своей акции. Со дня убийства Стеши прошло уже больше недели, а никаких заявлений до сих пор нет.