Книга Исчезновение в седых холмах, страница 94 – Полина Сутягина

Вскоре дверь впустила еще одного любителя пирожных и горячих напитков. Мужчина отряхнул черный зонт и подошел к обворожительной даме. В отличие от нее его внешность была весьма заурядной. Наклонившись почти к самому ее уху, он получил утвердительный ответ и отправился делать заказ, в то время как мисс Флориндейл не сдвинулась с места. Довольно быстро мужчина вернулся и занял место напротив, так что Джон мог видеть обоих в профиль. Он не торопился сделать свое присутствие известным, но и не стремился как-то особенно скрыть его. Просто неспешно пил кофе, непристально поглядывая на заинтересовавшую его пару. Однако внутри все еще оставался неприятный осадок чего-то не до конца уловленного, не до конца угаданного, непонятого…

Помощница мистера Лаверса в этот раз не бросала взглядов исподлобья, как на Джона в момент его появления в конторе, и не хлопала кокетливо завитушками ресниц, как когда узнала, кто он. Напротив, она смотрела почти безэмоционально на мужчину перед ней, ведя немногословную беседу, содержание которой за общим шумом до Джона не долетало.

Им принесли чай. За всю беседу мужчина практически не притронулся к своему, потом поднялся и, коротко, как будто даже резко, простившись, ушел. Теперь Джон перевел намеренно пристальный взгляд на мисс Флориндейл. Практически сразу она обернулась, на мгновение уголок рта ее будто бы презрительно дернулся, но потом пухлые яркие губки расплылись в улыбке, и Молли Флориндейл, развернувшись вполоборота, продемонстрировала всем своим видом, что не против компании Джона. Он вежливо кивнул и не двинулся с места. Слегка приподняв и без того специально созданную дугу брови, Молли встала и, курсируя между столиков, как новенькая яхта в марине, подошла к Джону. Теперь он уже поднялся и отодвинул стул, приглашая даму присоединиться.

– Я вижу, ваш вечер после работы проходит приятно, – заметил он, слегка откидываясь на стуле и внимательно глядя на помощницу мистера Лаверса.

Она скопировала его движение:

– Теперь, я полагаю, не менее приятен и ваш вечер.

Джон не удержался от улыбки. Такая самоуверенность подкупала.

– Удалось вам устроиться? – поинтересовалась она после недлинной паузы.

– Да, вполне.

– Интересно, а почему вы отказались от моей помощи в этом вопросе? Думаете, я подобрала бы вам плохое жилье?

Джон неопределенно повел головой:

– Я предпочитаю в таких вопросах полагаться на свое чутье.

– Очевидно, моему вы не доверяете… – Она глянула на собеседника чуть искоса и, подавшись вперед, оперла один локоть на стол, кокетливо подложив кисть руки под подбородок. – А отчего вы не предложите мне чаю? – Теперь бросила взгляд на его чашку. – Кофе-то тут так себе…

– В конторе у вас зато неплохой. – И поскольку на это мисс Флориндейл ничего не ответила, Джон все-таки взял ей чая и пирожное, заметив, что предыдущий спутник оказался не поклонником сладкого.

– О, это дальний знакомый, – она махнула ладонью, как бы подчеркивая незначительность встречи, – просто забегал поздороваться. Из фабричных, они не любители подобных местечек…

Джон понимающе кивнул и с полуулыбкой заметил:

– Разумеется, ведь работникам фабрики противопоказано сладкое, а чай не входит в число их любимых напитков.

– Да ну что вы, – не выдержала мисс Флориндейл, явно желавшая сменить тему, – просто он считает, что в обычной булочной раз в пять больше за эти же деньги купишь, а чай и дома попить можно.