Книга Проклятие фараона, страница 37 – Барбара Мертц

– Вы слишком добры, миссис Эмерсон, – сказал он. – Уверяю вас, я уже вполне здоров и очень рад познакомиться с вами и вашим знаменитым мужем.

– Гм, – несколько дружелюбнее сказал Эмерсон. – Отлично, тогда начнем завтра утром…

– Мистеру Милвертону следует избегать полуденного солнца еще несколько дней, – сказала я.

– Еще раз напомню, – сказал Эмерсон, – что ты не врач.

– А я напомню тебе, что случилось, когда ты не последовал моему совету относительно твоего здоровья.

Лицо Эмерсона исказила злобная гримаса. Он демонстративно отвернулся от меня и обратился к Карлу:

– А где леди Баскервиль? – осведомился он. – Прелестная женщина!

– Бесспорно, – сказал Карл. – И у меня для вас есть послание от этой наидостойнейшей дамы. Она остановилась в отеле «Луксор». Как вы понимаете, было бы неприлично проживать здесь без компаньонки – теперь, когда ее достопочтенный супруг…

– Да-да, – нетерпеливо сказал Эмерсон. – Что она просила передать?

– Она приглашает вас – с миссис Эмерсон, конечно же, – поужинать с ней сегодня в отеле.

– Превосходно, превосходно, – с живостью воскликнул Эмерсон. – Буду чрезвычайно рад нашей встрече!

Судя по всему, Эмерсон пытался уколоть меня своими восторгами в адрес леди Баскервиль, но стоит ли говорить, что его попытка меня только позабавила.

– Раз мы ужинаем в отеле, не забудь распаковать свои вещи, Эмерсон, – спокойно сказала я. – Твой фрак и брюки, должно быть, страшно измялись. А вы, мистер Милвертон, немедленно отправляйтесь в постель. Я скоро зайду к вам, чтобы убедиться, что вы ни в чем не нуждаетесь. Но сначала осмотрю кухню и поговорю с поваром. Карл, думаю, пора представить меня прислуге. Вам удалось сохранить прежний штат?

Я крепко взяла Карла под руку и вышла прежде, чем Эмерсон успел сообразить, что ответить.

Кухня располагалась в отдельном здании за домом, что в жарком климате было более чем разумно. В нос ударили аппетитные запахи: судя по всему, там готовился обед. Карл объяснил, что большинство слуг осталось. По всей видимости, они считали, что могут без опасений служить иностранцам при условии, что сами не принимают деятельного участия в осквернении могил.

На кухне меня ждал приятный сюрприз – поваром оказался мой старый знакомый Ахмед, служивший некогда поваром в «Шепарде». Казалось, он также рад нашей встрече. После того как мы обменялись любезностями и справились о благополучии наших семейств, я покинула его, довольная тем, что хотя бы здесь мне не придется постоянно следить за порядком.

Я застала Эмерсона в нашей комнате за разбором книг и бумаг. Чемоданы с одеждой стояли закрытыми. Молодой слуга вместо того, чтобы раскладывать вещи, сидел на полу на корточках и оживленно беседовал с Эмерсоном.

– Мохаммед делится со мной новостями, – весело сказал Эмерсон. – Он сын повара Ахмеда – ну, помнишь…

– Да, я говорила с Ахмедом. Обед скоро будет готов.

Продолжая говорить, я достала из кармана Эмерсона ключи – он по-прежнему занимался бумагами – и вручила ключи Мохаммеду, стройному подростку с блестящими глазами. Он был красив нежной красотой, часто встречающейся у местных юношей; с моей помощью он быстро справился со своей задачей и удалился. Я с удовлетворением отметила, что молодой человек наполнил кувшин водой и разложил полотенца.

– Наконец-то мы одни, – шутливо сказала я, расстегивая пуговицы на платье. – Эта вода, должно быть, так освежает. После прошлой ночи мне совершенно необходимо умыться и переодеться.