Онлайн книга «Проклятие фараона»
|
Я аккуратно прикрыла дверь кабинета, и мы удалились. Через три часа разрешение с нарочным было доставлено к нам в номер. Глава 4 В свой первый приезд в Египет мне довелось плавать на паруснике-дахабии. Этот роскошный и очаровательный способ путешествия трудно в полной мере представить тому, кто с ним незнаком. Наше судно располагало всеми возможными удобствами, включая рояль в салоне и гостиную под открытым небом на верхней палубе. Сколько счастливых часов провела я здесь, под развевающимися парусами: пила чай, слушала песни моряков, пока по обеим сторонам проплывали великолепные панорамы египетской жизни – деревни и храмы, пальмы, верблюды и святые отшельники, словно птицы, примостившиеся на колоннах. В моей памяти оживали самые нежные воспоминания о поездке, кульминацией которой явилась наша с Эмерсоном помолвка! Ах, вот бы пережить это вновь! Увы, в этот раз мы не располагали временем. Железную дорогу проложили на юг до Асьюта, и, поскольку поездом было добираться гораздо быстрей, нам пришлось одиннадцать часов трястись по жаре и пыли. Оставшийся путь из Асьюта мы проделали на пароходе. Куда комфортабельнее поезда, он, конечно, мало чем походил на мою прекрасную дахабию. В день прибытия в Луксор я поднялась на палубу с рассветом и, облокотившись на перила, глазела по сторонам, точно невежественная туристка, осматривающая Египет под попечением конторы Кука[2]. Луксорский храм расчистили от сараев и хижин, годами портивших его красоту, и теперь, пока мы скользили по направлению к пристани, его колонны и пилоны отливали розовым светом в лучах утреннего солнца. Умиротворяющие картины прошлого сменились суматохой в лице носильщиков и гидов, которые набросились на сходящих пассажиров. Драгоманы[3]из луксорских отелей на все лады превозносили достоинства своих гостиниц и пытались заманить ошалевших туристов в стоящие тут же экипажи. Нас никто не обеспокоил. Эмерсон отправился за багажом и рабочими, которые путешествовали на том же пароходе, что и мы. Оперевшись на зонтик, я не без удовольствия обозревала окрестности и глубоко вдыхала мягкий воздух. Я почувствовала, как кто-то коснулся моей руки, и обернулась – на меня в упор смотрел полный молодой человек в очках в золотой оправе и самыми пышными усами, которые мне когда-либо доводилось видеть. Их кончики закручивались вверх, как рога горного козла. Он щелкнул каблуками, вытянул руки по швам и глубоко поклонился. – Фрау профессор Эмерсон? Карл фон Борк, эпиграфист злополучной экспедиции Баскервиля. Рад в Луксоре вас приветствовать. Леди Баскервиль я послан. А где же сам профессор? Давно мечтал я о чести с ним познакомиться. С братом прославленного Уолтера Эмерсона… Этот бурный поток красноречия был удивителен еще и потому, что лицо молодого человека все это время оставалось абсолютно бесстрастным. Двигались только губы да громадные усы. Как я узнала впоследствии, Карл фон Борк говорил редко, но если уж раскрывал рот, то остановить его удавалось лишь при помощи единственного средства, которым я тогда и воспользовалась. – Здравствуйте, – сказала я громко, заглушая его приветствие. – Рада познакомиться. Мой муж как раз… Куда он подевался? А вот и он! Эмерсон, познакомься: герр фон Борк. Эмерсон крепко сжал молодому человеку руку. |