Книга Страшная тайна, страница 109 – Алекс Марвуд

Клэр отодвигает стул и встает.

– Я пойду проверю детей, – объявляет она.

Разговор стихает, и все смотрят на нее. Среди этих сверкающих существ она в своем скромном платье выглядит как-то убого. «Это намеренно, – думает Симона. – Намеренное унижение мужа, чтобы показать ему, как мало она его ценит. Она не заслуживает его. Не заслуживает того, что у нее есть».

– Если тебе так нужно, – говорит Шон.

– Прошло уже больше часа. Мы договорились проверять каждые полчаса.

– Сообщи, если дом сгорел.

Он берет палочки для еды и отворачивается. Клэр на мгновение выглядит растерянной, как будто она надеялась на другой ответ.

– Ну, подумаешь,Руби заболела, – говорит она, затем берет свою сумку и шаль и удаляется.

Они все ждут, пока она пересекает террасу, выходит через раздвижную дверь и закрывает ее.

– Фух, – говорит Чарли. – Теперь мы можем начать веселиться.

Стол взрывается смехом.

– С днем рождения, Шонни! – кричит Чарли Клаттербак, и гости снова смеются и звенят бокалами.

– Отлично! – говорит Шон. – Я уже начал думать, что все забыли!

«Я не забыла, – думает Симона. – О Шон, дорогой, я не забыла. Только идиот может не заметить, как плохо она к тебе относится».

– Думаю, скоро наш Шонни пойдет своей дорогой, – говорит Джимми, и все перестают смеяться.

Имоджен поперхнулась шампанским, и Роберт хлопает ее по спине. «Он совершенно лишен такта», – думает Симона. Затем Шон снова поднимает свой бокал и звеняще чокается с Джимми.

– Да будет так! – говорит он. – Хотя я не питаю особых надежд. У нее есть некоторые сомнения насчет девочек. Не хочет оставлять их без отца или кого-то в этом роде.

– Кого-то в этом роде,– повторяет Линда с сарказмом.

– Тем не менее, – говорит Шон, – непохоже, что она будет требовать постоянных визитов, вроде Хэзер.

«О, – думает Симона, – так это действительно правда. Бедный Шон. Я полагаю, он просто долженоставить детей. Это часть брака, не так ли? Люди заводят детей, даже не задумываясь об этом, а потом дети превращаются в средство шантажа, чтобы удержать взрослых».

– Дети прочнее, чем кажется, – на голубом глазу выдает Имоджен. – Непохоже, что Инди и Милли много страдали, не так ли?

– Ну, я не знаю, – великодушно отвечает Шон.

«Он всегда хочет быть справедливым, – думает Симона. – Всегда пытается понять точку зрения другого человека».

– Уверен, что у них есть свои претензии.

– У всех есть, – говорит Имоджен. – Но пора бы повзрослеть.

– Бедняжки столкнулись с нехваткой пони, – вставляет Чарли, и все снова смеются.

– В Мейда-Вейл не так много мест для выпаса пони, – говорит Симона и в ответ получает еще один взрыв смеха и хлопок по спине от Чарли Клаттербака, который отдается у нее в костях.

Мария намазывает зеленую кашицу на комок чего-то бледно-кремово-желтого и палочками отправляет его в рот. Закрывает глаза, жует, глотает.

– Боже мой, ты сегодня на высоте, дорогой, – говорит она. – Что это?

– Это был морской еж. Остальное – карп, оторо и отличный жирный гребешок. Я пытался достать фугу, но найти за пределами Японии повара, который приготовит ее, практически невозможно.

– И никаких языков жаворонка? – подшучивает Джимми.

– Фугу? – спрашивает Симона.

– Рыба-иглобрюх. Один неправильно подобранный кусочек, и… – Он резко проводит палочками по горлу.

– Боже мой. Вы когда-нибудь ели ее?