Книга Дело о нескончаемых самоубийствах, страница 51 – Джон Диксон Карр

Доктор Фелл, широко и удовлетворенно улыбаясь, посмотрел на нее так, словно она оказалась более смышленой, чем он ожидал, и кивнул.

– Восхитительно! – усмехнулся он. – Навыки дедукции, развитые в результате скрупулезных исторических исследований, можно с таким же успехом применить и в детективной работе. Никогда не забывайте об этом, моя дорогая. Я усвоил этот урок в довольно раннем возрасте. В яблочко. Это была Элспет, держу пари.

– Но почему? – спросил Алан.

Лицо Кэтрин приняло суровое выражение, как будто они снова вернулись к спору двухдневной давности. Тон ее стал язвительным.

– Многоуважаемый доктор Кэмпбелл! – произнесла она. – Подумайте о том, что нам известно. В течение многих, многих лет она была для Ангуса Кэмпбелла гораздо больше чем просто экономкой.

– И?

– Но она ужасно, болезненно благопристойна и не может даже представить, что кто-то догадывается о ее истинных мыслях.

(У Алана возникло искушение сказать: «Совсем как вы», но он сдержался.)

– Так.

– Ангус Кэмпбелл не был человеком, открыто говорящим то, что он думает, но он вел дневник, куда записывал свои интимные… ну, вы понимаете!

– Да?

– Так вот. Чтобы позаботиться о давней возлюбленной на случай своей кончины, он за три дня до смерти оформляет еще один страховой полис. Почти наверняка, не так ли, при описании нового полиса в дневнике проскочили бы какие-то намеки на то, почему он на это решился? – Кэтрин приподняла брови. – Так что, конечно же, это Элспет украла дневник, поскольку ужасно боялась, что люди узнают о том, что она натворила много лет назад. Разве вы не помните, что случилось прошлой ночью, Алан? Как она себя вела, когда вы с Колином заговорили о дневнике? Когда вы начали это обсуждать, она сначала заявила, что вы несете чепуху, а в конце концов сбила вас с панталыку, предложив тот злосчастный виски. И конечно, это сработало. Вот и все.

Алан присвистнул:

– Ей-богу, а вы правы!

– Большое спасибо, дорогой. Если бы вы хоть немного напрягли извилины, – заметила Кэтрин, наморщив свой хорошенький носик, – понаблюдали и сделали умозаключения, как вы всегда советуете всем остальным…

Алан отнесся к этому с холодным презрением. Он уже подумывал сослаться на герцогиню Кливлендскую и на скудость умозаключений, которые К. И. Кэмпбелл сумела сделать на ее счет, но решил дать этой несчастной придворной даме немного отдохнуть.

– Значит, дневник действительно не имеет никакого отношения к делу?

– Хотел бы я знать, – ответил доктор Фелл.

– Очевидно, – заметила Кэтрин, – тетушке Элспет что-то известно. И вероятно, из дневника. Иначе зачем вся эта затея с письмами в «Дейли флудлайт»?

– Да.

– И раз уж она им написала, то, похоже, совершенно ясно, что в дневнике не было ничего, что могло бы скомпрометировать ее. Но почему тогда, ради всего святого, она молчит? Что с ней такое? Если дневник указывает каким-то образом на то, что Ангус был убит, почему она об этом не говорит?

– Если, конечно, – сказал Алан, – в дневнике не сказано, что он собирался покончить с собой.

– Алан, Алан, Алан! Не говоря уже обо всех остальных полисах, Ангус оформляет последний полис, выплачивает премию, а потом пишет, что собирается покончить с собой? Это просто противоестественно, вот и все!

Алан мрачно согласился.

– На кону тридцать пять тысяч фунтов, – выдохнула Кэтрин, – и она не заявляет на них права. Почему бы кому-нибудь не потолковать с ней об этом? А почему бы вам не потолковать, доктор Фелл? Похоже, все остальные ее боятся.